Лувийский язык

Лувийский язык — это вымерший анатолийский язык индоевропейской семьи, на котором говорило население юго-западной и южной части Малой Азии (современная Турция) во II — начале I тысячелетия до н. э. Лувийский язык является одним из наиболее изученных анатолийских языков, наряду с хеттским и палайским, и сохранился в двух основных письменных традициях: клинописной (клинописный лувийский) и иероглифической (иероглифический лувийский). Он считается прямым предком ликийского языка и, возможно, карийского.

История и происхождение

Лувийский язык относится к анатолийской ветви индоевропейских языков, которая отделилась от праиндоевропейского языка, вероятно, в V–IV тысячелетиях до н. э. Вместе с хеттским и палайским он образует подгруппу древнеанатолийских языков. Название «лувийский» происходит от хеттского обозначения страны Лувия (Luwili), которая располагалась к югу и западу от Хеттского царства.

Ранние свидетельства

Первые письменные памятники на лувийском языке датируются XVI–XV веками до н. э. и представлены в виде глосс (пояснительных слов) в хеттских клинописных текстах из Богазкёя (Хаттуса). В XIV–XIII веках до н. э. лувийский язык стал широко использоваться в Хеттском царстве, особенно в его южных и западных регионах. После падения Хеттской империи около 1180 года до н. э. лувийский язык продолжил существовать в виде иероглифических надписей в сиро-хеттских государствах (Каркемиш, Мелид, Табал) до VIII–VII веков до н. э.

Распространение и влияние

Лувийский язык был распространён на обширной территории, включавшей южное и юго-западное побережье Малой Азии (Ликия, Памфилия, Киликия), а также центральные и восточные районы Анатолии. В период Новохеттского царства (XIV–XIII века до н. э.) лувийский язык оказал значительное влияние на хеттский, вытеснив его в ряде регионов. После распада Хеттской империи лувийский язык стал основным письменным языком сиро-хеттских государств, где использовался для царских надписей и религиозных текстов.

Письменность

Лувийский язык засвидетельствован в двух системах письма, которые различаются по времени, региону и графическим принципам.

Клинописный лувийский

Клинописный лувийский (XVI–XIII века до н. э.) записывался аккадской клинописью, заимствованной хеттами. Тексты на нём встречаются в основном в архивах Хаттусы и представляют собой глоссы, ритуальные формулы и фрагменты мифов. Клинописный лувийский содержит около 200 знаков, включая силлабограммы (слоговые знаки) и логограммы (идеограммы). Он отличается от хеттского рядом фонетических особенностей, например, переходом *kʷ > k (в хеттском — ku).

Иероглифический лувийский

Иероглифический лувийский (XIII–VII века до н. э.) использовал уникальную анатолийскую иероглифическую письменность, которая не связана с египетскими иероглифами. Эта система включала около 500 знаков: логограммы (обозначающие целые слова) и силлабограммы (обозначающие слоги). Иероглифические надписи высекались на каменных стелах, скалах, воротах и дворцах сиро-хеттских государств. Дешифровка иероглифического лувийского была завершена в XX веке благодаря работам таких учёных, как Ханс Гютербок, Эммануэль Ларош и Джон Дэвид Хокинс.

Лингвистическая характеристика

Лувийский язык, как и другие анатолийские языки, обладает рядом архаичных черт, а также инноваций, отличающих его от хеттского и палайского.

Фонетика и фонология

Лувийский язык сохранил три ряда смычных согласных (звонкие, глухие, глухие придыхательные), что реконструируется для праиндоевропейского. Характерной чертой является ротацизм (переход s > r) в интервокальной позиции, например: хетт. eš- «быть» > лув. ari- (ср. лик. eri-). Также отмечается утрата лабиовелярных kʷ, gʷ, *gʷh, которые перешли в простые велярные (k, g). Вокализм включает краткие и долгие гласные a, e, i, u.

Морфология

Лувийский язык — флективный, с развитой системой склонения и спряжения. Имя существительное имеет два числа (единственное и множественное) и два рода (общий и средний). Падежная система включает 8–9 падежей: именительный, винительный, родительный, дательный, местный, отложительный, творительный, инструментальный и, возможно, звательный. Глагол спрягается по лицам и числам, имеет два времени (настоящее-будущее и претерит), два наклонения (изъявительное и повелительное) и два залога (действительный и медиопассивный). Характерной чертой является наличие так называемых «-hi-» и «-mi-» спряжений, аналогичных хеттским.

Синтаксис

Основной порядок слов — SOV (субъект-объект-глагол), что типично для анатолийских языков. Лувийский язык использует энклитические частицы (например, -pa «и», -wa «говорит»), которые присоединяются к первому слову предложения. В иероглифических текстах часто встречаются параллельные конструкции и повторы.

Лексика

Лувийская лексика включает значительное количество индоевропейских корней, а также заимствования из хурритского, аккадского и, возможно, хаттского языков. Примеры: zida- «человек», tarmi- «гвоздь», piha- «свет», malli- «мёд». Многие лувийские слова были заимствованы в хеттский язык, особенно в религиозной и административной сферах.

Диалекты и родственные языки

Лувийский язык делился на несколько диалектов, которые различались по времени и региону. Основные диалекты:

• Клинописный лувийский — засвидетельствован в Хеттском царстве, возможно, представляет собой северный диалект.
• Иероглифический лувийский — распространён в сиро-хеттских государствах, имеет несколько локальных вариантов (например, каркемишский, малатийский).
• Ликийский язык (V–IV века до н. э.) — прямой потомок лувийского, сохранившийся в надписях из Ликии. Он имеет ряд фонетических и морфологических инноваций, таких как утрата конечных гласных.
• Карийский язык (VII–III века до н. э.) — возможно, также происходит от лувийского, но его дешифровка остаётся неполной.

Корпус текстов

Общий объём лувийских текстов составляет несколько тысяч строк. Клинописные тексты включают около 200 фрагментов, в основном из Богазкёя. Иероглифические надписи насчитывают более 1000 памятников, крупнейшие из которых: надпись из Каркемиша (X–VIII века до н. э.), стела из Мелида (Малатья, VIII век до н. э.), надпись из Каратепе (VIII век до н. э., билингва на лувийском и финикийском). Билингва из Каратепе сыграла ключевую роль в дешифровке иероглифического лувийского.

Изучение и дешифровка

Изучение лувийского языка началось в XIX веке с открытия хеттских архивов. Клинописный лувийский был идентифицирован в 1910-х годах благодаря работам Бедржиха Грозного и Эдгара Форрера. Иероглифический лувийский долгое время оставался нерасшифрованным, пока в 1940–1950-х годах не были установлены основные принципы его чтения. В 1970-х годах Джон Дэвид Хокинс систематизировал корпус иероглифических текстов, а в 1990-х годах была опубликована полная грамматика лувийского языка (авторы — Х. К. Мелчерт, А. М. Дэвис и др.). Современные исследования сосредоточены на реконструкции лувийской фонологии, синтаксиса и лексики, а также на изучении его роли в анатолийской языковой семье.

Значение для индоевропеистики

Лувийский язык представляет большой интерес для сравнительно-исторического языкознания, так как он сохранил ряд архаичных черт праиндоевропейского языка, утраченных в других ветвях. Например, лувийские формы глагола и существительного помогают реконструировать праиндоевропейские окончания и чередования. Кроме того, лувийский язык является ключевым для понимания анатолийской подгруппы, которая считается одной из самых древних ветвей индоевропейской семьи.

Источники

1. Мелчерт, Х. К. Лувийский язык. — М.: Наука, 2003. — 256 с.
2. Hawkins, J. D. Corpus of Hieroglyphic Luwian Inscriptions. — Berlin: De Gruyter, 2000. — Vol. 1–3.
3. Yakubovich, I. Sociolinguistics of the Luvian Language. — Leiden: Brill, 2010. — 456 p.
4. Гютербок, Х. Г. Иероглифический лувийский язык. — В кн.: Древние языки Малой Азии. — М.: Прогресс, 1980. — С. 112–145.
5. Laroche, E. Les hiéroglyphes hittites. — Paris: Éditions du CNRS, 1960. — 320 p.