Политолог Руслан Сафаров и политический обозреватель Ростислав Ищенко обсуждают визит председателя КНР Си Цзиньпина в США и то, как сегодня выстраиваются отношения в треугольнике США — Китай — Россия. Поводом для разговора стали масштабные события недели, а также необычный жест Дональда Трампа, лично встретившего китайского лидера в аэропорту, что противоречит дипломатическому протоколу. Ищенко напоминает, что так же Трамп встречал и Владимира Путина на Аляске, и видит в этом подчёркивание важности переговоров для Вашингтона, за которым пока не стоит реальных предложений.
По мнению гостя, три великие державы вовсе не обязательно образуют устойчивый треугольник, и выстраивать красивые геополитические фигуры сегодня рано. США хотят сохранить или вернуть свою гегемонию, а Россия и Китай точно знают, против чего борются — против американского диктата, — но не сформулировали, за что. При этом ни та, ни другая сторона не предлагала бороться против самой западной системы: и Россия, и Китай когда-то рассчитывали в неё интегрироваться, а к противостоянию привела обструкционистская позиция Вашингтона. Рассуждая о многополярном мире, Ищенко замечает, что история циклична: гегемонии сменяются периодами конкуренции великих держав, и многополярность означает лишь смену лидеров системы, а не самой системы. Он подчёркивает, что после победы над общим противником интересы Москвы и Пекина могут разойтись, и уже сейчас важно думать о том, как будет выглядеть мир после и какими станут отношения с Китаем.
Отдельно разбирается логика Трампа. Ищенко предполагает, что, возвращаясь к власти, тот переоценил прочность внутриполитического консенсуса и силу собственных позиций даже внутри Республиканской партии. Его внешнеполитические инициативы оказались заложниками внутренней политики: ему нужны победы на промежуточных и следующих выборах, а значит — хотя бы небольшой успех на внешней арене. Отсюда разрыв экономических и политических связей с Евросоюзом, попытки ослабить НАТО, сохранив военное присутствие США в Европе, и поиск консервативного партнёра — либо России, либо Китая. Переговоры идут с обеими столицами, но Вашингтону пока нечего предложить, а масштаб урегулирования, приемлемый для Москвы и Пекина, Трампа не устраивает. Цель — расколоть российско-китайский блок и выступить модератором, поэтому обеим сторонам почти обещают одно и то же.
В разговоре о Европе Ищенко отмечает, что после ухода США с роли гаранта европейской безопасности за гегемонию на континенте борются три державы — Германия, Франция и Великобритания. Европа, будь она единой, могла бы претендовать на роль четвёртой сверхдержавы, но её экономические связи с Россией разорваны, а США делают всё, чтобы восстановление не состоялось. Ищенко сомневается, что нынешняя европейская элита способна адекватно перестроиться: она слишком погрязла в идеологической самоуверенности, а полного развала Европа ещё не пережила. Сафаров в завершение обращает внимание на контраст в поведении Трампа и Си Цзиньпина во время пролёта самолётов и на то, как за четыре года изменилась сама возможность разговоров о новом глобальном устройстве.
Вставьте ссылку — получите страницу с пересказом примерно через 5 минут.