Боярин — высший чин в Русском государстве¶
Боярин — высшее служилое сословие в Древнерусском государстве, Московском царстве и ранней Российской империи, занимавшее верхнюю ступень государственной и придворной иерархии. Бояре стояли во главе Боярской думы, управляли приказами, наместничали в городах и составляли ближайшее окружение князя, а затем царя. Слово «боярин» имеет славянское происхождение и связывается с корнем «бой», что указывает на изначально военный характер должности.
¶Происхождение термина
Лингвистическая версия, разделяемая большинством исследователей, возводит слово «боярин» к праславянскому \*boljaryninъ — «большой человек», от «большой», «большой человек» в значении «знатный, главный». Существует и альтернативная этимология, связывающая термин с военным «боем» — воином, участником дружины. Первые достоверные упоминания бояр относятся к X веку: в «Повести временных лет» бояре упоминаются при князе Игоре и княгине Ольге. В X—XII веках боярство формируется как княжеская дружина, из рядов которой выходили воеводы, послы и наместники.
¶Статус и функции
Боярство не было наследственным сословием в строгом смысле: формально царь мог пожаловать боярство кому угодно. На практике боярские фамилии передавались по наследству, и к XVI веку сложился замкнутый круг из нескольких десятков родов — прежде всего потомков литовских и смоленских князей, перешедших на службу московским князьям (Бельские, Воротынские, Телятевские), а также потомков местных боярских семей (Морозовы, Шуйские, Салтыковы, Романовы, Милославские, Шереметевы, Годуновы, Строгановы).
Основные функции бояр:
- участие в Боярской думе — совещательном органе при князе и царе;
- управление приказами — центральными ведомствами Московского государства;
- наместничество и воеводство в городах;
- командование войсками;
- дипломатические поручения и посольства;
- суд по важнейшим делам.
¶Боярская дума
Боярская дума была постоянным совещательным органом при московских князьях и царях, сложившимся в XIV—XV веках. В её состав входили бояре, окольничие, думные дворяне и думные дьяки. Дума обсуждала вопросы войны и мира, законодательства, внешней политики, назначения на ключевые должности. Формально решения принимались царём, но реальное влияние бояр на политику было значительным — особенно в период междуцарствий и при малолетних государях.
¶Иерархия боярского чина
Боярство не было однородным. Выделялась лестница придворных чинов:
| Чин | Описание |
|---|---|
| Боярин | Высший чин после царя, глава приказа или воевода |
| Окольничий | Второй по значению чин, заместитель боярина |
| Думный дворянин | Член Боярской думы из небоярских семей |
| Думный дьяк | Высший бюрократический чин, руководитель приказной канцелярии |
| Стольник | Придворный чин, обслуживание царского стола и двора |
| Стряпчий | Младший придворный чин |
| Дворянин московский | Служилый человек, включённый в московскую службу |
При Петре I в 1722 году была введена Табель о рангах, и боярский чин постепенно вышел из употребления. Формально титул «боярин» сохранялся до 1767 года, когда указом Екатерины II он был отменён.
¶Период феодальной раздробленности
В XII—XV веках боярство существовало в каждом удельном княжестве. Бояре сопровождали князя в военных походах, участвовали в княжеских съездах, владели землями и сёлами. В Новгородской республике боярство составляло правящую верхушку вечевого государства: бояре контролировали торговлю, занимали должности посадников и тысяцких. После присоединения Новгорода к Москве в 1478 году Иван III переселил в Москву значительную часть новгородского боярства.
¶Боярство при Иване IV
При Иване Грозном боярство пережило серьёзный кризис. Опричнина (1565—1572) сопровождалась казнями и конфискациями боярских вотчин. Многие роды были уничтожены или высланы. Вместо бояр Иван IV стал опираться на служилое дворянство, а также на «избранную раду» — группу приближённых, включавшую митрополита Макария, Алексея Адашева и протопопа Сильвестра. После опричнины значение боярства частично восстановилось, но центр тяжести политики сместился в сторону дворянства.
¶Смутное время
Смутное время (1598—1613) стало кульминацией политического влияния боярства. Боярские фамилии претендовали на престол: из бояр происходили Борис Годунов, Василий Шуйский. В 1610—1612 годах «семибоярщина» — группа из семи бояр во главе с Ф. И. Мстиславским — фактически правила страной и пригласила на русский престол польского королевича Владислава. Поражение в Смутном времени подорвало авторитет боярства, и при Романовых начался постепенный переход от боярского правления к самодержавной монархии с опорой на чиновничью систему.
¶Упадок боярства
При Михаиле Фёдоровиче и Алексее Михайловиче боярство сохраняло влияние, но его политическая роль сокращалась. Реформы Петра I окончательно ликвидировали боярскую систему: в 1722 году Табель о рангах заменила чиновничью иерархию сословной боярской лестницей. Старые боярские фамилии продолжали существовать, но их статус определялся уже не родовитостью, а государственной службой и чином.
¶В культуре
Образ боярина занимает заметное место в русской культуре. В литературе бояре выведены в произведениях А. К. Толстого («Князь Серебряный»), А. Н. Островского («Снегурочка», «Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский»), в исторических романах А. С. Пушкина и М. Н. Загоскина. В живописи и кинематографе боярский быт отражён в фильмах «Иван Васильевич меняет профессию», «Андрей Рублёв», «Боярин Морозова» (по картине В. И. Сурикова).
¶Историография
Изучение боярства как сословия связано с работами В. О. Ключевского («Боярская дума Древней Руси», 1883), С. Б. Веселовского, Р. Г. Скрынникова, А. Б. Каменского. В советской историографии боярство рассматривалось как феодальная аристократия, противостоявшая прогрессивному дворянству и самодержавной власти.
¶Источники
- Ключевский В. О. Боярская дума Древней Руси. — М., 1883.
- Повесть временных лет / Пер. Д. С. Лихачёва. — Л.: Наука, 1979.
- Скрынников Р. Г. Борис Годунов. — М.: Наука, 1983.
- Веселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. — М.: Наука, 1969.
- Каменский А. Б. Российская империя в XVIII веке: традиции и реальность. — М.: Новое литературное обозрение, 2010.
