Трансграничное углеродное регулирование¶

Трансграничное углеродное регулирование (ТУР, англ. Carbon Border Adjustment Mechanism, CBAM) — это инструмент климатической политики, вводимый Европейским союзом, который предусматривает взимание платы за выбросы парниковых газов при импорте определённых товаров на территорию ЕС. Механизм направлен на предотвращение «утечки углерода» (переноса производства в страны с менее строгими климатическими нормами) и выравнивание конкурентных условий для производителей внутри ЕС, которые уже участвуют в системе торговли квотами на выбросы (EU ETS).

¶История и предпосылки

¶Концепция «утечки углерода»

Проблема «утечки углерода» (carbon leakage) возникла в контексте Киотского протокола (1997) и последующих климатических соглашений. Если одна группа стран вводит жёсткие ограничения на выбросы, а другая — нет, то энергоёмкие производства (металлургия, химическая промышленность, цемент) могут переместиться в регионы с более мягким регулированием. Это не только снижает эффективность глобальных усилий по сокращению выбросов, но и наносит экономический ущерб странам, соблюдающим нормы.

¶Разработка в ЕС

Европейский союз, являясь одним из лидеров в борьбе с изменением климата, в 2019 году принял «Зелёный курс» (European Green Deal), который ставит цель достичь углеродной нейтральности к 2050 году. В рамках этого курса в июле 2021 года Европейская комиссия предложила проект CBAM. После длительных переговоров между институтами ЕС (Европарламентом, Советом ЕС и Комиссией) в декабре 2022 года было достигнуто политическое соглашение, а в апреле 2023 года — официальное принятие регламента. Механизм вступил в силу в переходный период с 1 октября 2023 года.

¶Механизм действия

¶Принцип работы

CBAM имитирует систему EU ETS для импортёров. Импортёр товаров, подпадающих под регулирование, обязан приобретать сертификаты CBAM по цене, привязанной к стоимости квот на выбросы в EU ETS (на аукционах). Цена сертификата рассчитывается как средняя недельная цена закрытия аукционов EU ETS. Импортёр может уменьшить количество необходимых сертификатов, если докажет, что в стране происхождения товара уже была уплачена цена за выбросы (например, через местный углеродный налог или систему торговли квотами). Таким образом, ТУР стремится к равной цене на углерод для всех товаров, поступающих на рынок ЕС.

¶Охватываемые товары и секторы

В переходный период (2023–2025) регулирование распространяется на следующие категории товаров:

• Цемент (клинкер, портландцемент и др.)
• Электроэнергия (импорт из стран, не входящих в ЕС)
• Удобрения (азотные, фосфорные, калийные)
• Чёрные металлы (чугун, сталь, ферросплавы, прокат)
• Алюминий (первичный, сплавы, полуфабрикаты)
• Водород (включая аммиак как производное)

С 2026 года, когда начнётся полноценное взимание платы, список может быть расширен за счёт нефтехимической продукции, полимеров, бумаги и других товаров. Также планируется включить косвенные выбросы (от электроэнергии, потреблённой при производстве).

¶Переходный период (2023–2025)

С 1 октября 2023 года по 31 декабря 2025 года действует упрощённый режим:

• Импортёры обязаны ежеквартально подавать декларации CBAM, в которых указывают объём импортированных товаров, прямые выбросы CO₂ при их производстве (а также, с 2024 года, косвенные выбросы) и цену на углерод, уплаченную в стране происхождения.
• Финансовые обязательства (покупка сертификатов) отсутствуют.
• Штрафы за непредоставление или искажение данных — от 10 до 50 евро за тонну неучтённых выбросов.

¶Полноценное действие (с 2026 года)

С 1 января 2026 года импортёры будут обязаны:

• Ежегодно приобретать сертификаты CBAM, покрывающие выбросы, заложенные в импортируемых товарах.
• Предоставлять верифицированные данные о выбросах (аналогично системе EU ETS).
• Снижать количество сертификатов пропорционально уплаченной за рубежом углеродной цене (при условии признания этой цены ЕС).
• Сертификаты будут продаваться на специальной платформе, их цена будет индексироваться.

¶Критика и вызовы

¶Экономические последствия

• Для развивающихся стран: ТУР может стать барьером для экспорта, особенно для стран, где углеродоёмкость производства высока (например, Китай, Индия, Россия, Турция). Это может привести к снижению доходов от экспорта и замедлению экономического роста.
• Для ЕС: механизм увеличивает затраты для европейских импортёров и, в конечном счёте, для потребителей. Однако он также стимулирует внутреннее производство и инновации в низкоуглеродные технологии.
• Риск торговых войн: страны-экспортёры (Китай, США, Россия) уже заявили о возможных ответных мерах, включая подачу исков в ВТО. CBAM может быть признан нарушением принципов свободной торговли, если не будет доказана его экологическая обоснованность.

¶Технические и административные сложности

• Расчёт выбросов: требуется точная и верифицируемая информация о выбросах на каждом этапе производства. Для многих стран и предприятий такие данные отсутствуют или ненадёжны.
• Признание иностранных углеродных цен: ЕС должен разработать критерии, по которым будет признавать эквивалентность углеродных цен в других юрисдикциях. Это сложный процесс, чреватый политическими спорами.
• Адаптация для малых и средних предприятий: импортёры, не имеющие ресурсов для верификации данных, могут столкнуться с непропорциональными издержками.

¶Политический контекст

• Позиция России: Россия, как крупный экспортёр металлов, удобрений и энергии, рассматривает CBAM как дискриминационный инструмент. В 2023 году Минэкономразвития РФ заявило, что механизм нарушает принципы ВТО и может быть оспорен. В ответ Россия разрабатывает собственную систему углеродного регулирования (включая углеродный налог и торговлю квотами), чтобы снизить потенциальные потери.
• Реакция других стран: Китай, Индия и Бразилия также критикуют CBAM, утверждая, что он перекладывает бремя климатической политики на развивающиеся страны. США, напротив, рассматривают возможность введения собственного аналогичного механизма.

¶Влияние на глобальную климатическую политику

¶Стимулирование углеродного ценообразования

CBAM создаёт мощный стимул для стран-экспортёров вводить собственные системы углеродного ценообразования (налоги или квоты). Если страна вводит адекватную углеродную цену, её экспортёры могут избежать уплаты CBAM. Это может ускорить распространение климатических инструментов в мире. Например, в 2023–2024 годах ряд стран (Турция, Индонезия, Вьетнам) активизировали работу над национальными углеродными рынками.

¶Риск фрагментации

Однако CBAM может также привести к фрагментации глобального климатического режима. Страны, не согласные с механизмом, могут создавать альтернативные торговые блоки или вводить ответные меры, что ослабит международное сотрудничество. В долгосрочной перспективе это может затруднить достижение целей Парижского соглашения.

¶Пример для других регионов

Успех или неудача CBAM станет прецедентом для других стран. Великобритания, Канада, Япония и Южная Корея уже рассматривают аналогичные механизмы. Если CBAM окажется эффективным, он может стать стандартом для глобальной климатической торговли.

¶Перспективы и развитие

• Расширение охвата: с 2026 года ожидается включение в CBAM нефтехимии, полимеров, бумаги и, возможно, органической химии. Также рассматривается охват косвенных выбросов для всех товаров.
• Интеграция с EU ETS: в перспективе CBAM может быть заменён распространением EU ETS на импортёров, что упростит администрирование.
• Технологические решения: развитие цифровых платформ для отслеживания углеродного следа (например, блокчейн-системы) может снизить административные издержки.
• Судебные оспаривания: ожидается, что в 2025–2026 годах в ВТО будут поданы иски от стран-экспортёров. Исход этих разбирательств может существенно повлиять на будущее CBAM.