Ядерный статус Израиля¶
Ядерный статус Израиля — вопрос о наличии у Государства Израиль ядерного оружия и его официальном положении в системе ядерного нераспространения. Израиль не подтверждает и не опровергает обладание ядерным арсеналом, придерживаясь политики так называемой «ядерной непрозрачности» (или «ядерной двусмысленности»). При этом страна не является участником Договора о нераспространении ядерных вооружений (ДНЯО) и не подписывала его, что отличает её от большинства государств мира.
¶Правовой и политический статус
Израиль не ратифицировал и не подписал ДНЯО, оставаясь наряду с Индией, Пакистаном и (до 2003 года) КНДР в числе стран, находящихся вне режима договора. Он также не участвует в Договоре о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) в качестве ратифицировавшей стороны. Официальная позиция израильского руководства на протяжении десятилетий формулируется фразой о том, что Израиль «не будет первым государством, которое внесёт ядерное оружие на Ближний Восток». Эта формулировка не подтверждает и не отрицает наличия арсенала.
Политика непрозрачности позволяет Израилю сохранять стратегическую неопределённость: потенциальные противники не могут точно оценить его возможности, а международное сообщество лишено формальных оснований для применения санкций, предусмотренных ДНЯО. Израиль последовательно отказывается присоединяться к договору, ссылаясь на угрозы безопасности и отсутствие мира в регионе.
¶История ядерной программы
Израильская ядерная программа берёт начало в 1950-х годах. В 1952 году была создана Израильская комиссия по атомной энергии. Ключевую роль в становлении программы сыграл Шимон Перес, занимавший тогда пост генерального директора Министерства обороны. В 1957 году Израиль заключил секретное соглашение с Францией о строительстве ядерного реактора в пустыне Негев, близ Димóны. Реактор, известный как «Центр ядерных исследований Негев», был запущен в конце 1950-х — начале 1960-х годов.
Франция, по имеющимся данным, оказывала помощь не только в строительстве реактора, но и в создании инфраструктуры для переработки отработанного топлива и получения оружейного плутония. После Шестидневной войны 1967 года и изменения французской политики сотрудничество было свёрнуто. По распространённой версии, значительную роль в дальнейшем развитии программы сыграли материалы и технологии, полученные из других источников, а также собственные разработки израильских учёных.
Считается, что к концу 1960-х годов Израиль располагал технической возможностью создать ядерное взрывное устройство. Существует версия о совместном израильско-южноафриканском ядерном испытании в 1979 году в районе островов Принс-Эдуард в Индийском океане (так называемая «вспышка Вела»), однако она не получила окончательного подтверждения.
¶Оценки арсенала
Точных данных о количестве и составе израильского ядерного арсенала нет, поскольку Израиль не предоставляет официальной информации. Наиболее авторитетные независимые оценки принадлежат Стокгольмскому международному институту исследования проблем мира (SIPRI) и Федерации американских учёных (FAS). По их данным, Израиль располагает порядка 80–90 ядерных боеголовок. Некоторые эксперты называют цифры до 200–400 единиц, однако эти оценки менее обоснованы.
Помимо боеголовок, Израиль, по мнению аналитиков, обладает средствами доставки: баллистическими ракетами наземного базирования (семейство «Иерихон»), авиацией (истребители-бомбардировщики, способные нести ядерные боеприпасы) и, возможно, крылатыми ракетами подводного базирования на дизель-электрических подводных лодках типа «Дельфин», построенных в Германии. Совокупность этих средств позволяет говорить о наличии у Израиля триады или её элементов.
¶Международный контроль и позиция держав
Израиль допускает инспекции Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) лишь на отдельных объектах и в ограниченном объёме. Реактор в Димоне находится вне гарантий МАГАТЭ. Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН неоднократно призывали Израиль присоединиться к ДНЯО и поставить все ядерные объекты под контроль агентства, однако эти призывы не имеют обязательной силы.
США, будучи главным стратегическим союзником Израиля, де-факто признают его особый статус. В 1969 году между президентом США Ричардом Никсоном и премьер-министром Израиля Голдой Меир, по имеющимся сведениям, была достигнута негласная договорённость: Израиль не проводит ядерных испытаний и не заявляет публично о наличии оружия, а США не настаивают на присоединении к ДНЯО. Эта формула во многом определяет политику обеих стран до настоящего времени. В 2015 году вокруг так называемого «ядерного соглашения» с Ираном Израиль занимал жёсткую позицию, настаивая на более строгих ограничениях.
¶Региональный контекст
Наличие у Израиля ядерного потенциала — один из ключевых факторов ближневосточной политики. Ряд арабских государств и Иран используют этот вопрос для критики режима нераспространения и требуют создания на Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного оружия. Конференции по этой теме, созываемые под эгидой ООН, не привели к практическим результатам из-за отсутствия консенсуса.
Политика непрозрачности рассматривается израильским руководством как инструмент сдерживания. Считается, что наличие ядерного арсенала снижает вероятность масштабного нападения на Израиль со стороны коалиции государств. В то же время сам факт неопределённости создаёт риски: он стимулирует другие страны региона к развитию собственных ядерных программ и затрудняет глобальные усилия по нераспространению.
¶Итоговая характеристика
Таким образом, Израиль с высокой вероятностью является ядерной державой де-факто, но не де-юре: он не признаёт официально наличие оружия, не состоит в ДНЯО и не участвует в большинстве механизмов контроля. Его статус остаётся уникальным — сочетание развитого ядерного потенциала с формальным отсутствием ядерного статуса. Именно эта двойственность и порождает устойчивую формулировку вопроса «ядерная держава или нет», ответ на который зависит от критериев: по факту обладания — да, по формально-правовому признанию — нет.
Источники: SIPRI Yearbook, Federation of American Scientists, материалы МАГАТЭ, публикации по истории ядерной программы Израиля (Авраам Рабинович, Шломо Арбель), резолюции Генеральной Ассамблеи ООН.