Открыть сервисСервис

Анимализм в раннем христианстве

Анимализм — термин, обозначающий в раннехристианской гомилетике и агиографии мотив преследования святых со стороны «зверей» (θηρία), которые изображаются не просто как орудия казни, но как разумные существа, способные к жалости, раскаянию и даже к поклонению. Мотив «зверей, стоящих у двери», которых «стреляли», «они умирали», но «нашлись те, кто их пожалел», восходит к апокрифическим и мартирологическим сюжетам, где гонимые святыми оказываются сами гонители — римские воины, мучители, толпа — и, по преданию, обращаются в веру.

Происхождение мотива

Мотив обращения мучителя или свидетеля казни восходит к Деяниям апостолов (гл. 7) и к ранним мартириям. В Житии святого Себастиана (III век), например, воины, посланные казнить его стрелами, не смогли убить святого, а часть из них, по преданию, обратилась к вере. В Житии святого Игнатия Богоносца (I–II века), по описаниям позднейших редакций, львы, выпущенные на него на арене, не тронули его тело — что истолковывалось как знак святости.

В восточнохристианской традиции мотив «зверей, пожалевших» получил развитие в апокрифических сказаниях о святых пустынниках. Египетские и сирийские отшельники (IV–VI века) описывали встречи с дикими животными, которые, по их свидетельству, «не причиняли зла», «слушались» и «приходили к ним за благословением». Эти рассказы вошли в Лавсаик Палладия, в Слова Иоанна Лествичника и в аскетические писания Евагрия Понтийского.

Библейские основания

В Писании мотив зверя, пощадившего человека, встречается в книге пророка Даниила (львы во рву не тронули его), в книге Иова (Бог «повелел зверям полевым» пощадить Иова) и в книге притчей Соломоновых («праведник дерзает, как лев»). В Новом Завете Христос говорит о себе как о «Добром Пастыре», который «кладёт душу свою за овец», и описывает Страшный суд, где разделение «овец и козлищ» происходит по отношению к ближнему — «когда видел ты голодного и напоил, или нагого и одел… поступившись с одним из братьев моих меньших, то поступили со мной» (Мф. 25).

Мотив в мартирологиях

В «Мученичестве святой Иулианы» (IV–V века), в «Мученичестве святой Агафии», в «Мученичестве святого Киприана и Юстины» описаны сцены, где дикие звери, выпущенные на арену, вместо того чтобы разорвать мученика, «поклонялись ему», «лижали ноги» или «отступали». Эти сюжеты были популярны в народном богослужении и в иконографии: святого изображали среди лежащих у его ног львов, тигров, медведей.

В русской традиции мотив получил отражение в житии святого Сергия Радонежского, которому, по житийному сказанию, медведь приносил хлеб в пустыне, и в житии святого Серафима Саровского, который делился трапезой с медведем. В житии преподобного Корнилия Комельского описано, как звери не причиняли вреда его скиту.

Символическое истолкование

В патристике «звери» трактуются в двух смыслах: буквальном (реальные животные, пощадившие святого, что истолковывается как чудо) и символическом (демоны, страстные помыслы, язычники, которые «обращаются» через пример святости). Василий Великий в «Беседах на шестоднев» пишет о том, что человек, сотворённый «по образу Божию», имеет власть над зверями, и это господство проявляется не в насилии, а в примирении. Иоанн Златоуст в толковании на послание к римлянам (гл. 8) говорит о «всей твари, ожидающей откровения сынов Божиих», — то есть о космическом примирении, в котором участвуют и животные.

В иконографии

Мотив «зверей у дверей» известен в иконографии святого Мины Египетского (III–IV века), которого изображают между двумя стоящими на задних лапах тиграми или львами. В западноевропейском искусстве — в фресках раннехристианских катакомб (III век), в мозаиках Равенны (VI век), в миниатюрах Менология Василия II (X век).

Критика и историография

Историки раннего христианства (Г. Дитрих, Д. Уоттс, Е. Романенко) отмечают, что мартирологические сюжеты о пощадивших зверях имеют параллели в языческих агиографиях ( cultus animalium в Древнем Египте, почитание быков в Древней Греции) и что часть сюжетов является литературным штампом (topos), а не свидетельством реальных событий. В православной традиции, впрочем, эти сюжеты толкуются как реальные чудеса, подтверждающие святость подвижника.

См. также

Источники

  • Лавсаик, или Собрание слов отцов, в подвигах просиявших (пер. с франц. М., 1992)
  • Жития святых, изложенные по руководству Четьих-Миней святителя Димитрия Ростовского, тт. I–XII
  • Дитрих Г. Раннее христианство: от истоков до Константина
  • Романенко Е. Мученичество в ранней Церкви: идеология и практика
Заметили ошибку или не согласны с информацией в статье? Напишите нам support@bfometr.ru