Макабр в искусстве и культуре¶

Макабр (от французского macabre, далее — от латинского Chorea Machabaeorum, «пляска Маккавеев») — понятие, обозначающее комплекс тем, образов и настроений, связанных со смертью, бренностью бытия и неизбежностью конца. В узком смысле термин отсылает к средневековому сюжету «пляска смерти» (danse macabre), в широком — к эстетической категории, охватывающей гротескное, мрачное и одновременно назидательное изображение смерти в искусстве, литературе и фольклоре.

¶Происхождение термина

Этимология слова остаётся дискуссионной. Наиболее распространённая версия возводит его к латинскому Chorea Machabaeorum — «пляска Маккавеев», по сюжету из Второй книги Маккавейской, где описаны мученическая смерть семи братьев и их матери. Другая гипотеза связывает слово с арабским maqabir («кладбище») или с именем легендарного персонажа. Во французский язык слово macabre вошло в XIV веке, а в русский — через западноевропейские языки, преимущественно в XIX столетии.

¶Пляска смерти

Центральный сюжет макабра — danse macabre, возникший в европейском искусстве в позднем Средневековье, в период эпидемий чумы и Столетней войны. В основе — аллегорическое шествие, в котором скелеты или персонифицированная Смерть увлекают в хоровод людей всех сословий: папу, императора, рыцаря, монаха, крестьянина, ребёнка. Смысл сюжета — равенство всех перед лицом смерти, независимо от богатства и сана.

Наиболее известные изображения:

• фрески в парижском монастыре Сент-Инносан (1424–1425, не сохранились);
• росписи в церкви Святой Марии в Любеке;
• гравюры Ганса Гольбейна Младшего «Образы смерти» (ок. 1526);
• фрески в церкви Святого Николая в Таллине.

В России прямых аналогов западной пляски смерти немного, однако мотив «смерть и сословия» встречается в лубке XVII–XVIII веков и в старообрядческой книжности.

¶Макабр в литературе

Литературная традиция макабра восходит к средневековым поэмам и моралите. В русской литературе мрачные, «макабрические» мотивы отчётливо проявляются в творчестве:

• Александра Пушкина — «Пир во время чумы», «Гробовщик»;
• Михаила Лермонтова — «Смерть поэта», баллады;
• Николая Гоголя — «Вий», «Мёртвые души» с их гротескной танатологией;
• Фёдора Достоевского — тема смерти и воскресения;
• Андрея Белого, Леонида Андреева — символистская и экспрессионистская разработка темы.

В западной традиции к макабру относят «Божественную комедию» Данте, «Пляску смерти» Шарля Бодлера, произведения Эдгара По и Стивена Кинга.

¶Изобразительное искусство и графика

Помимо средневековых фресок, макабр активно разрабатывался в эпоху Возрождения и барокко. Художники использовали мотивы memento mori — черепа, песочные часы, увядшие цветы, погашенные свечи. В XIX–XX веках к теме обращались символисты (Арнольд Бёклин, «Остров мёртвых»), сюрреалисты (Сальвадор Дали) и представители готической эстетики.

¶Музыка

В музыке макабр представлен жанром danse macabre:

Сюжет обычно строится на ночном появлении Смерти, играющей на скрипке, под которую пляшут скелеты.

¶Макабр в современной культуре

В XX–XXI веках термин расширился. Под макабром понимают:

• готическую субкультуру и её эстетику;
• хоррор-кино (Джордж Ромеро, Дарио Ардженто);
• комиксы и анимацию (Тим Бёртон, «Труп невесты»);
• видеоигры (серии Castlevania, Dark Souls);
• литературу ужасов и хоррор-журналы.

Особое место занимает макабр в мексиканской традиции — праздник Дня мёртвых (Día de Muertos) с его калаверами и «Катриной», где смерть подаётся не только трагически, но и с юмором.

¶Макабр и русская культура

В России макабрические мотивы проявились в:

• лубочных картинках XVIII века («Мыши кота погребают»);
• творчестве передвижников (Василий Верещагин, «Апофеоз войны»);
• поэзии Серебряного века (Иннокентий Анненский, Зинаида Гиппиус);
• советском и постсоветском кино (Александр Роу, Тимур Бекмамбетов);
• современной российской литературе (Виктор Пелевин, Дмитрий Глуховский).

¶Значение и критика

Макабр выполняет двойственную функцию: с одной стороны — назидательную (memento mori), напоминающую о конечности жизни; с другой — эстетическую, превращающую ужас в предмет художественного осмысления. Критики отмечают, что в массовой культуре макабр нередко вырождается в поверхностную готическую стилизацию, теряя философскую глубину. Тем не менее как культурный код макабр остаётся устойчивым элементом европейской и мировой традиции, связывающим средневековую аллегорию с современной рефлексией о смерти.

Источники: Большая российская энциклопедия; Хёйзинга Й. «Осень Средневековья»; Арьес Ф. «Человек перед лицом смерти»; Кларк К. «The Dance of Death in the Middle Ages»; материалы по истории западноевропейского искусства.