Моавитский язык

Моавитский язык — один из семитских языков, принадлежащих к ханаанейской ветви северо-западных семитских языков. Являлся языком моавитян, древнего народа, населявшего территорию современной Иордании к востоку от Мёртвого моря (историческая область Моав). Моавитский язык известен исключительно по немногочисленным эпиграфическим памятникам, главным из которых является стела Меша (IX век до н. э.). Он близок к древнееврейскому языку, но обладает рядом фонетических, морфологических и лексических отличий. Относится к мёртвым языкам, вышедшим из употребления предположительно в эпоху эллинизма (IV–II века до н. э.).

Классификация и родственные связи

Моавитский язык входит в ханаанейскую подгруппу северо-западных семитских языков, куда также включаются древнееврейский, финикийский (пунический), аммонитский и эдомитский. Внутри этой группы моавитский демонстрирует наибольшую близость к древнееврейскому, особенно к его ранним формам, зафиксированным в Ветхом Завете. Некоторые исследователи (например, Уильям Фоксвелл Олбрайт) рассматривали моавитский как диалект древнееврейского, однако большинство современных лингвистов признают его самостоятельным языком, имеющим ряд отличительных черт.

Отличия от древнееврейского включают:

• Сохранение окончания женского рода -t в единственном числе (в древнееврейском оно перешло в -āh).
• Особенности в системе глагольных пород (биньянов).
• Специфическую лексику, не засвидетельствованную в древнееврейском.

Письменность

Моавитский язык записывался финикийским алфавитом, который был адаптирован для передачи семитских звуков. Надписи выполнены справа налево, без разделения слов (scriptio continua) и без обозначения гласных (консонантное письмо). Алфавит состоит из 22 знаков, соответствующих согласным звукам. Наиболее известный памятник — стела Меша — содержит 34 строки текста, вырезанные на базальтовой плите.

История и корпус текстов

Стела Меша

Основной источник сведений о моавитском языке — стела Меша (также известна как «Моавитский камень»), обнаруженная в 1868 году в Дхибане (Иордания) немецким миссионером Фридрихом Клейном. Стела датируется примерно 840 годом до н. э. и содержит надпись от имени моавитского царя Меша, повествующую о его победе над Израильским царством и строительных проектах. Текст написан на моавитском языке и является одним из древнейших известных семитских текстов вне Библии.

Фрагменты стелы: после обнаружения стела была разбита местными бедуинами, но большая часть текста была восстановлена по эстампажам и копиям. Оригинал хранится в Лувре (Париж).

Другие надписи

Помимо стелы Меша, известно несколько других моавитских надписей, значительно меньших по объёму:

• Надпись на кувшине из Керака (IX–VIII века до н. э.) — фрагмент с упоминанием имени царя.
• Печати и буллы (VIII–VI века до н. э.) — несколько десятков личных печатей с моавитскими именами и титулами.
• Граффити из Эль-Балу (VII–VI века до н. э.) — краткие надписи на скалах.

Общий объём известного корпуса моавитских текстов составляет около 1000 слов, из которых примерно 700 приходятся на стелу Меша.

Лингвистическая характеристика

Фонетика

Моавитский язык, как и другие ханаанейские языки, имел систему из 22–23 согласных фонем. Особенности:

• Сохранение звука /š/ (шипящий), который в древнееврейском частично перешёл в /s/.
• Возможно, наличие эмфатических согласных (ṭ, ṣ, q), как в древнееврейском.
• Гласные не обозначались на письме, но реконструируются на основе сравнительного семитского языкознания.

Морфология

• Имя существительное: два рода (мужской и женский), три числа (единственное, двойственное, множественное). Женский род в единственном числе маркировался окончанием -t (например, mlkt — «царица»; ср. древнеевр. malkāh).
• Глагол: система пород (биньянов), включающая простую породу (Qal), каузативную (Hif‘il) и рефлексивную (Nif‘al). Время выражалось через перфект (завершённое действие) и имперфект (незавершённое).
• Местоимения: личные, указательные и относительные. Например, личное местоимение 1-го лица единственного числа — ’nk (анак), что соответствует древнееврейскому ’anokhí.

Синтаксис

Порядок слов в моавитском языке — VSO (глагол — подлежащее — дополнение), что типично для семитских языков. Придаточные предложения могли вводиться относительной частицей ’šr (ашер), аналогичной древнееврейской.

Лексика

Лексика моавитского языка в основном совпадает с древнееврейской, но есть ряд уникальных слов и значений. Например, слово mš‘ (меша) — «спасение», встречается только в моавитском. Некоторые топонимы и личные имена (например, Kmoš — имя верховного бога моавитян Кемоша) не имеют прямых параллелей в древнееврейском.

История изучения

Стела Меша была введена в научный оборот вскоре после её обнаружения в 1868 году. Первые публикации и переводы были выполнены французскими ориенталистами (Шарль Клермон-Ганно, Эрнест Ренан). В XX веке значительный вклад в изучение моавитского языка внесли:

• Уильям Фоксвелл Олбрайт (США) — классификация как диалекта древнееврейского.
• Ханс Бауэр (Германия) — сравнительный анализ с угаритским и финикийским.
• Йозеф Троки (Израиль) — издание корпуса моавитских надписей (1993).

В российской науке моавитский язык изучался в рамках семитологии (И. М. Дьяконов, А. Г. Лундин).

Значение для библеистики и истории

Моавитский язык представляет большую ценность для библейской археологии и истории Древнего Ближнего Востока. Стела Меша является одним из немногих внебиблейских источников, упоминающих израильских царей (Омри, Ахав) и события, описанные в Ветхом Завете (4 Цар. 3:4–27). Текст стелы подтверждает историчность моавитского царя Меша и его конфликта с Израилем, а также проливает свет на политическую и религиозную жизнь Моава.

Современное состояние

Моавитский язык является мёртвым. Он не имеет живых носителей и не используется в литургической или литературной практике. Изучение моавитского языка ведётся в рамках академической семитологии и библеистики. Основные центры исследований — университеты Израиля, США, Германии и Франции.

Источники

• Стела Меша (оригинал в Лувре, Париж).
• Albright, W. F. The Moabite Stone // The Ancient Near East: An Anthology of Texts and Pictures. — Princeton, 1958.
• Dearman, J. A. Studies in the Mesha Inscription and Moab. — Atlanta, 1989.
• Lemaire, A. La stèle de Mésha: épigraphie et histoire // Revue d'Assyriologie et d'Archéologie Orientale. — 1994.
• Trocki, J. The Moabite Inscriptions. — Jerusalem, 1993.
• Дьяконов И. М. Языки древней Передней Азии. — М., 1967.