Руандийцы-хуту

Руандийцы-хуту — одна из двух крупнейших этнических групп Руанды, наряду с тутси, а также третья по численности группа — тва. В доколониальный и колониальный периоды термин «хуту» обозначал преимущественно социальную категорию земледельцев, однако в XX веке, особенно после обретения независимости, он закрепился как этнический маркер. Хуту составляют около 85 % населения Руанды и значительную часть населения соседних Бурунди и восточных районов Демократической Республики Конго. История взаимоотношений хуту и тутси отмечена периодами мирного сосуществования, социальной мобильности и жестоких этнополитических конфликтов, кульминацией которых стал геноцид в Руанде 1994 года.

Происхождение и этногенез

Происхождение хуту остаётся предметом научных дискуссий. Согласно наиболее распространённой гипотезе, предки хуту были частью большой волны миграции народов банту, заселивших регион Великих африканских озёр в I тысячелетии н. э. Эти земледельческие общины постепенно вытеснили или ассимилировали более раннее пигмейское население тва. В отличие от скотоводов-тутси, чьи предки, как предполагается, мигрировали с севера (из региона современного Судана или Эфиопии) позднее, хуту были оседлыми земледельцами, говорившими на языке руанда (киньяруанда), относящемся к языкам банту.

Лингвистические и археологические данные указывают на то, что к XV веку на территории современной Руанды сформировалось единое культурное и языковое пространство, в котором различия между хуту и тутси были скорее социальными, чем этническими. Термины «хуту» и «тутси» первоначально обозначали не столько происхождение, сколько род занятий и социальный статус: хуту — крестьянин, обрабатывающий землю; тутси — владелец скота. Переход из одной категории в другую был возможен: разбогатевший хуту, приобретя значительное количество крупного рогатого скота, мог со временем считаться тутси, а обедневший тутси, потерявший скот, — хуту.

Доколониальный период

До европейской колонизации Руанда представляла собой централизованное королевство, управляемое монархом (мвами) из клана тутси Ньигинья. Социальная структура была иерархической, но не жёстко кастовой. Хуту составляли основную массу населения и занимались земледелием, платя дань (налог) продуктами труда и отрабатывая повинности (убуретва) в пользу аристократии тутси. Система патронажа (убухаке) связывала хуту и тутси отношениями зависимости: хуту получал от тутси покровительство и доступ к земле, а взамен отдавал часть урожая или выполнял работу.

Несмотря на подчинённое положение, хуту не были бесправными. Они могли владеть землёй, участвовать в местных судах и даже занимать невысокие административные должности. Конфликты между хуту и тутси в доколониальный период были редки и обычно носили локальный характер, не перерастая в системное насилие. Социальная мобильность, хотя и ограниченная, позволяла отдельным хуту интегрироваться в элиту.

Колониальный период и трансформация идентичности

Колонизация Руанды Германией (с 1885 года, а после Первой мировой войны — Бельгией) коренным образом изменила этносоциальную динамику. Европейские колонизаторы, руководствуясь расовыми теориями XIX века, восприняли тутси как «хамитскую» расу, более близкую к европейцам, и наделили их привилегированным статусом. Хуту, напротив, были объявлены «коренным банту» — расово и интеллектуально неполноценными.

Бельгийские администраторы ввели систему этнической идентификации: в 1933–1934 годах была проведена перепись населения, в ходе которой каждому жителю была выдана этническая карточка с указанием принадлежности к хуту, тутси или тва. Критерием служило количество крупного рогатого скота (10 и более голов — тутси, менее — хуту), а также физические характеристики (рост, форма носа), что было псевдонаучным и произвольным. Эта карточка стала наследственной и закрепила этническую границу, сделав её непроницаемой.

Колониальная политика привела к тому, что хуту были отстранены от образования, государственной службы и церковной иерархии. К моменту обретения независимости в 1962 году хуту, составляя большинство населения, почти не имели доступа к власти и ресурсам. Это создало почву для социального взрыва.

Постколониальный период и конфликты

Революция 1959–1961 годов

В конце 1950-х годов, на волне деколонизации, среди хуту возникло движение за социальное и политическое равенство. В ноябре 1959 года вспыхнули массовые беспорядки, переросшие в «Руандийскую революцию». Хуту нападали на тутси, сжигали их дома и убивали скот. Бельгийская администрация, изменившая свою позицию в пользу хуту, не препятствовала насилию. В результате к 1961 году монархия была свергнута, и Руанда стала республикой, власть в которой перешла к партии хуту Пармехуту (Партия движения за эманципацию хуту). Тысячи тутси бежали в соседние страны (Уганду, Танзанию, Бурунди, Заир), положив начало многолетней диаспоре.

Первая и Вторая республики

С 1962 по 1973 год Руандой руководил президент Грегуар Кайибанда, проводивший политику этнической дискриминации в отношении тутси: квоты на образование и государственную службу, запрет на возвращение беженцев. В 1973 году в результате бескровного переворота к власти пришёл генерал Жювеналь Хабиаримана, установивший режим Второй республики. Хабиаримана провозгласил политику «национального единства», но на практике дискриминация тутси сохранялась, хотя и в менее жёсткой форме.

В 1980-е годы экономический кризис, падение цен на кофе и рост населения привели к обострению земельного голода и межэтнической напряжённости. В 1990 году эмигранты-тутси, сформировавшие Руандийский патриотический фронт (РПФ), вторглись в Руанду из Уганды, начав гражданскую войну. В ответ режим Хабиариманы развернул пропаганду ненависти, изображая всех тутси как «врагов народа» и призывая хуту к «самообороне».

Геноцид 1994 года

6 апреля 1994 года самолёт с президентами Руанды и Бурунди был сбит над Кигали. Это событие послужило спусковым крючком для заранее спланированного геноцида. В течение 100 дней (с апреля по июль 1994 года) экстремисты из числа хуту при поддержке армии, милиции «Интерахамве» и местных ополченцев уничтожили, по разным оценкам, от 800 тысяч до 1 миллиона человек, в основном тутси, а также умеренных хуту, выступавших против геноцида. Геноцид был остановлен войсками РПФ под командованием Поля Кагаме, который стал новым президентом.

После геноцида около 2 миллионов хуту, опасаясь мести со стороны РПФ, бежали в соседние страны, особенно в Заир (ныне ДРК). В лагерях беженцев на востоке ДРК бывшие лидеры геноцида и военные сформировали повстанческие группы, что привело к Первой и Второй конголезским войнам (1996–2003), в которых участвовали армии нескольких африканских государств.

Современное положение

В современной Руанде правительство Поля Кагаме проводит политику примирения и национального единства, официально запретив этническую идентификацию. В 2003 году была принята конституция, объявившая этническую дискриминацию уголовным преступлением. В паспортах, удостоверениях личности и официальных документах не указывается принадлежность к хуту, тутси или тва. Вместо этого все граждане называются «руандийцами».

Однако на практике этническая идентичность сохраняется в частной сфере. Хуту составляют большинство в армии, полиции и государственном аппарате, но ключевые посты в правительстве и бизнесе занимают в основном тутси (включая самого президента). Оппозиционные партии, критикующие режим Кагаме, часто обвиняются в «этническом разделении» и подавляются. Многие хуту, участвовавшие в геноциде, были осуждены судами Гачача (традиционные суды) и Международным уголовным трибуналом по Руанде (МУТР), но значительная часть беженцев-хуту остаётся в ДРК, где продолжают действовать вооружённые группы, в том числе «Демократические силы освобождения Руанды» (ДСОР), в которых доминируют бывшие ополченцы-хуту.

В Бурунди, где этнический состав схож, отношения между хуту и тутси также остаются напряжёнными. После многолетней гражданской войны (1993–2005) власть перешла к хуту, но политическая нестабильность и периодические вспышки насилия сохраняются.

Культура и язык

Хуту говорят на языке киньяруанда, который является официальным языком Руанды наряду с английским, французским и суахили. Культура хуту не имеет принципиальных отличий от культуры тутси: общие традиции, музыка, танцы (например, танец инимана), устный эпос и система верований. Основой традиционного хозяйства хуту было земледелие (бананы, бобы, сорго, кофе), в отличие от скотоводства тутси. Однако в современной Руанде эти различия стёрты: большинство населения занимается сельским хозяйством независимо от этнической принадлежности.

Традиционная социальная организация хуту включала патрилинейные кланы (умуганда), которые не совпадали с этническими границами. Кланы объединяли как хуту, так и тутси, что в доколониальный период способствовало межэтнической интеграции. Религия: большинство хуту — христиане (католики и протестанты), при этом сохраняются элементы традиционных верований (культ предков, вера в духов).

Критика и исторические споры

Историография взаимоотношений хуту и тутси остаётся полем острых дискуссий. Часть исследователей (например, Жан-Пьер Кретьен) утверждает, что этнические различия были искусственно созданы и гипертрофированы колониальной администрацией, а доколониальная Руанда была единым обществом с социальной, а не этнической стратификацией. Другие (например, Жерар Прунье) указывают на то, что этнические категории существовали и до колонизации, хотя и были более гибкими.

Критики политики примирения в современной Руанде отмечают, что запрет на этническую идентификацию не устраняет глубинных обид и несправедливости, а лишь загоняет их в подполье. Некоторые правозащитные организации обвиняют правительство Кагаме в подавлении свободы слова и преследовании оппозиции, в том числе из числа хуту.

Источники

• Кретьен, Жан-Пьер. «Великие африканские озёра: две тысячи лет истории». — М.: Весь мир, 2011.
• Прунье, Жерар. «Руандийский кризис: история геноцида». — Киев: Критика, 2015.
• Mamdani, Mahmood. «When Victims Become Killers: Colonialism, Nativism, and the Genocide in Rwanda». — Princeton University Press, 2001.
• «Руанда: геноцид и его последствия» / под ред. А. Б. Давидсона. — М.: Институт Африки РАН, 2005.
• Доклад Международной комиссии по расследованию геноцида в Руанде (ООН, 1994).