Центральноазиатский антропологический тип

Центральноазиатский антропологический тип — это один из вариантов монголоидной большой расы, характеризующийся комплексом морфологических признаков, распространённый среди коренного населения Центральной Азии (Монголия, Тибет, Сибирь, Казахстан, Кыргызстан, а также среди некоторых народов Поволжья и Урала). В антропологической классификации часто рассматривается как составная часть североазиатской или азиатско-американской расы, но выделяется в самостоятельный тип из-за специфического сочетания черт, отличающих его от других монголоидных вариантов (например, арктического или южносибирского).

История изучения

Термин «центральноазиатский антропологический тип» введён в научный оборот в середине XX века советскими антропологами, в частности Г. Ф. Дебецом и В. В. Бунаком, при систематизации расовых вариантов Евразии. Исследования базировались на краниологических (изучение черепов) и соматологических (измерение тела) данных, собранных в ходе экспедиций в Монголию, Туву, Бурятию, Алтай и Казахстан. В 1950–1960-х годах тип был окончательно описан как промежуточный между классическими монголоидными формами Северной Азии и более южными вариантами. В современной российской антропологии центральноазиатский тип часто включают в состав большой монголоидной расы, но с оговоркой о его значительной географической и морфологической вариативности.

Географическое распространение

Центральноазиатский тип характерен для населения, проживающего в зоне степей, полупустынь и горных плато Центральной Азии. Основные ареалы:

• Монголия (халха-монголы, дербеты, торгуты, ойраты);
• Внутренняя Монголия (автономный район КНР);
• Тибет (тибетцы, особенно амдо и кхам);
• Сибирь (буряты, тувинцы, алтайцы, хакасы, тофалары);
• Казахстан (казахи, особенно в южных и центральных регионах);
• Кыргызстан (кыргызы);
• Россия (калмыки, частично башкиры, татары-мишари, ногайцы).

В меньшей степени черты типа встречаются у некоторых народов Поволжья (чуваши, марийцы) и Урала (ханты, манси), что объясняется историческими миграциями и смешением с уральской расой.

Морфологические признаки

Центральноазиатский антропологический тип характеризуется следующими основными признаками (по данным исследований Г. Ф. Дебеца, В. В. Бунака, А. А. Зубова):

Лицо и череп

• Лицо: широкое, высокое, уплощённое (низкий угол горизонтальной профилировки). Скулы выступающие, но менее резко, чем у арктического типа.
• Нос: средней ширины, с прямой или слегка вогнутой спинкой. Переносье неглубокое. Носовой указатель (отношение ширины к длине) — мезоринный или лепторинный (умеренно узкий).
• Глаза: узкие, с выраженной эпикантусом (складка верхнего века, прикрывающая слёзный бугорок) в 60–80 % случаев. Цвет радужки — тёмно-карий или чёрный.
• Череп: брахикранный (округлый, с большим поперечным диаметром) или мезокранный (средний). Высота черепа средняя.
• Челюсти: массивные, с широкой нижней челюстью. Прогнатизм (выступание челюсти) отсутствует.

Телосложение

• Рост: средний (165–170 см у мужчин), реже высокий. Пропорции коренастые.
• Кожа: светлая или желтоватая, с низкой пигментацией по сравнению с южными монголоидами.
• Волосы: прямые, жёсткие, чёрные. Третичный волосяной покров (на теле и лице) развит слабо.
• Форма головы: округлая, с широким лбом. Затылок уплощённый.

Классификация и подтипы

В зависимости от региона и степени смешения с другими расами, центральноазиатский тип делится на несколько локальных вариантов:

• Монгольский вариант — наиболее «чистый», с максимальной уплощённостью лица и брахикранией. Характерен для халха-монголов и ойратов.
• Тибетский вариант — отличается более высоким ростом и узким носом. Встречается у тибетцев Амдо и Кхама.
• Сибирский вариант — промежуточный между центральноазиатским и североазиатским (палеосибирским). У бурят и тувинцев лицо чуть уже, а эпикантус менее выражен.
• Казахско-кыргызский вариант — с примесью южносибирского типа (более высокое переносье, менее уплощённое лицо). Встречается у казахов и кыргызов.

Генетические исследования

Современные генетические данные (по работам Е. В. Балановской, О. П. Балановского, 2010–2020-е годы) показывают, что центральноазиатский тип связан с высокой частотой Y-хромосомной гаплогруппы C2 (особенно субклады C2-M217), характерной для монгольских и тюркских народов, а также с гаплогруппами N1a (у сибирских народов) и O2 (у тибетцев). Митохондриальные гаплогруппы (мтДНК) представлены преимущественно линиями D4, C4 и G2, что указывает на древние миграции из Восточной Азии. Генетический вклад европеоидов минимален (менее 5 %), за исключением казахско-кыргызского варианта, где он может достигать 10–15 % за счёт смешения с индоиранскими группами в эпоху бронзы.

Сравнение с другими монголоидными типами

Антропологическая дискуссия

В российской антропологии нет единого мнения о статусе центральноазиатского типа. Одни исследователи (например, А. А. Зубов) рассматривают его как самостоятельный вариант монголоидной расы, другие (В. В. Бунак) — как подтип североазиатской расы. Третьи (Г. Ф. Дебец) выделяют его в составе азиатско-американской расы, но с оговоркой о значительной изменчивости. Западные антропологи редко используют этот термин, предпочитая классифицировать население Центральной Азии как «восточноазиатский» или «североазиатский» тип. Дискуссия связана с тем, что границы между типами размыты из-за многовековых миграций, особенно в зоне контакта с южносибирским и уральским типами.

Применение в науке

Центральноазиатский антропологический тип используется в:

• Этнической антропологии — для реконструкции происхождения народов (монголов, бурят, калмыков, тибетцев).
• Краниологии — при изучении древних популяций (скифов, хунну, тюрков).
• Популяционной генетике — для анализа миграционных потоков и смешения.
• Судебной антропологии — при идентификации личности по черепу (методики М. М. Герасимова).

Источники

• Дебец Г. Ф. Антропологические исследования в Монголии. — М.: Изд-во АН СССР, 1955.
• Бунак В. В. Человеческие расы и их классификация. — М.: Наука, 1968.
• Зубов А. А. Антропологическая типология населения Центральной Азии. — М.: Наука, 1985.
• Балановская Е. В., Балановский О. П. Русский генофонд на Русской равнине. — М.: Луч, 2010.
• Хрисанфова Е. Н., Перевозчиков И. В. Антропология. — М.: Изд-во МГУ, 2005.