Открыть сервисСервис

Костелянша — жена костелянина

Костелянша — в дореволюционной России жена костелянина, то есть католического священника (ксьондза). Термин употреблялся в официальном документообороте, полицейских отчётах и этнографической литературе XIX — начала XX века для обозначения женщин, состоявших в гражданском или церковном браке с католическими клириками, преимущественно в западных губерниях империи — Литве, Польше, Белоруссии, на Украине и в Смоленской губернии.

Этимология и значение термина

Слово образовано от «костёл» (от лат. castellum — укрепление; так в Польше и Литве называют католический храм) и суффикса женского рода. Параллельно существовали формы «костельница» и «костельничиха». В церковной иерархии костельник (pol. kościelny) — низшая церковная должность, прислужник при храме, но в обиходном и административном употреблении «костелянином» называли вообще католического священника, а не только причетника.

В Российской империи после разделов Польши (1772—1795) католическое духовенство на присоединённых землях формально подлежало юрисдикции Могилёвской (с 1818 года — Римско-католической духовной) коллегии. Светские власти неоднократно пытались ограничить католическое монашество и регулярное духовенство, в частности издав ограничительные указы 1801, 1820 и 1842 годов, направленные против иезуитов и других орденов. В этой обстановке «костелянши» стали предметом внимания и светской администрации, и православной церкви.

Правовое положение

Каноническое право католической церкви требует от священников безбрачия. Светское законодательство Российской империи, однако, не запрещало духовным лицам католического, а также лютеранского и реформатского исповеданий вступать в гражданский брак — в отличие от православного духовенства, для которого безбрачие было обязательным. Указ Святейшего Синода 1801 года и последующие законоположения запрещали православным клирикам жениться, а тем, кто уже был женат до рукоположения, — оставаться на приходе. Католические священники формально не подпадали под эти ограничения, но их брачные союзы не признавались церковью и оставались вне церковного обряда.

На практике это означало, что «костелянши» находились в двойственном положении: их союз был законен для государства, но греховен для католической церкви. Дети от таких союзов считались законными, однако в церковных метрических книгах, которые велись по каноническим правилам, запись о них нередко отсутствовала или оформлялась как запись о незаконнорождённых. В судебной и полицейской практике XIX века встречаются упоминания «костелянш» в связи с имущественными спорами, опекой над детьми и наследованием.

Социальный контекст

В западных губерниях Российской империи католическое духовенство составляло заметную часть местной элиты, особенно среди шляхты. Священники часто владели имениями, управляли хозяйством, а их гражданские семьи были распространены в сельской местности. Православная миссия в этих регионах, особенно после восстания 1863 года, рассматривала такие союзы как признак «слабости» католицизма и одновременно как возможность для обращения в православие: жены и дети костелян нередко переходили в православие, что фиксировалось в отчётах миссионеров.

После восстания 1863 года царское правительство ужесточило контроль над католическими приходами: в 1866 году были закрыты многие монастыри, ужесточён порядок рукоположения, введены ограничения на обучение в иезуитских учебных заведениях. В этой атмосфере упоминания о «костеляншах» встречаются в рапортах жандармских начальников и губернаторов как элемент характеристики «неблагонадёжного» католического окружения.

В этнографии и литературе

Этнографы XIX века, описывавшие быт западных губерний, уделяли внимание положению женщин в католических семьях. В работах о Литве и Польше отмечалось, что «костелянши» пользовались в общине особым уважением, но одновременно сталкивались с ограничениями со стороны церкви — прежде всего с невозможностью церковного венчания и участия в ряде таинств.

В русской художественной литературе фигура «костелянши» встречается редко, однако эпизодические упоминания есть в записках путешественников и мемуарной литературе о западных губерниях. В белорусской и польской литературе тема католического духовенства и его семейных связей разрабатывалась шире — в частности, в произведениях, посвящённых деревенскому быту XIX века.

См. также

  • Костёл
  • Римско-католическая церковь в России
  • Могилёвская архиепархия
  • Декрет о разводе (1917)

Источники

Заметили ошибку или не согласны с информацией в статье? Напишите нам support@bfometr.ru