Шазюбль — философский термин Станислава Лема¶
Шазюбль (фр. chazouble) — термин, введённый польским писателем-фантастом и философом Станиславом Лемом (1921—2006) для обозначения объекта, который невозможно ни описать, ни даже представить средствами человеческого мышления и языка. Понятие раскрывается в эссеистике Лема, прежде всего в книге «Мегабит» (1984), и служит инструментом философской критики познавательных возможностей разума.
¶Происхождение термина
Термин «шазюбль» появился в эссе «Мегабит» (пол. Megabit), где Лем размышляет о пределах человеческого познания, о том, что может быть осмыслено, а что не поддаётся осмыслению в принципе. Лем подчёркивает, что слово намеренно лишено какого-либо значения: оно не обозначает ни одного известного объекта, явления или свойства. Это не описка и не игра слов, а специальный философский приём.
По замыслу автора, шазюбль — это то, что находится за границей мыслимого. Человек способен представить себе что угодно, но лишь в пределах, заданных его опытом, языком и нейрофизиологией. Шазюбль же — объект, который по определению не может быть ни описан, ни воображён, ни даже корректно сформулирован. Он существует как указание на «слепую зону» познания.
¶Смысл и назначение понятия
Лем использовал шазюбль в контексте критики антропоцентризма в философии и науке. По его аргументации, любые попытки описать «вещь в себе», сущность мира или абсолютную реальность обречены на провал, поскольку язык и мышление человека исторически сложились для решения практических задач выживания, а не для постижения абсолютов.
Шазюбль выполняет в текстах Лема несколько функций:
- Граница познания. Указывает на область, которую нельзя ни исследовать, ни даже корректно обозначить.
- Инструмент иронии. Позволяет высмеивать метафизические системы, претендующие на абсолютное знание.
- Методологический приём. Показывает, что любое описание реальности всегда частично и опосредовано средствами описания.
Понятие примыкает к более широкой теме, которую Лем разрабатывал на протяжении всей творческой карьеры: теме когнитивных ограничений разума. Эта же проблема стоит в центре его научно-фантастических романов «Солярис», «Глас Господень» и «Фиаско», где инопланетные цивилизации принципиально несоизмеримы с человеческим пониманием.
¶Связь с другими идеями Лема
Шазюбль перекликается с лемовской концепцией «фемолистики» — науки о смысловой структуре мира, которой, по мнению писателя, не существует и существовать не может, поскольку мир не обязан обладать смыслом, доступным человеку. Понятие также пересекается с идеей «принципа познавательного стыда»: учёный, по Лему, должен осознавать границы собственного знания.
В эссе «Мегабит» Лем противопоставляет шазюбль «когнитивно доступным» объектам — тем, которые можно описать научным языком, математикой или художественной прозой. Шазюбль же принципиально выпадает из любой системы описания, включая и научную, и философскую, и художественную.
¶Восприятие и значение
В русскоязычной традиции термин получил распространение благодаря переводам эссеистики Лема, вышедшим в 1990-е и 2000-е годы. Он стал частью философского и литературного дискурса, упоминается в разговорах о пределах языка, близких к проблематике Людвига Витгенштейна («О чём нельзя говорить, о том следует молчать»).
Шазюбль также используется как пример в популярных объяснениях философских идей — как наглядная иллюстрация того, что существует принципиальная разница между «нам неизвестно» и «невозможно в принципе». В отличие от просто неизвестного объекта, шазюбль — это объект, который не может быть даже неправильно понят, поскольку любое понимание уже требует вписывания в рамки человеческого мышления.
¶Источники
- Лем С. Мегабит. — М.: АСТ; АСТ Москва, 2004.
- Лем С. Сумма технологии. — М.: АСТ, 2005.
- Светлов С. Философия Станислава Лема. — М.: Прогресс-Традиция, 2001.
- Станислав Лем: биография и библиография // Лем С. Собрание сочинений в 10 т. — М.: АСТ, 2002.