Шкуры Москвы как исторический промысел¶

Шкуры Москвы — совокупность практик заготовки, выделки и сбыта кожевенного и пушного сырья, сложившихся на территории Московского региона с XIV века и превратившихся к XVII столетию в одну из ключевых отраслей городской экономики. Под «шкурами» в исторических источниках понимают как необработанное сырьё (кожевенное, меховое), так и готовые выделанные кожи, поступавшие на московские рынки и далее на экспорт. Термин не является официальным названием отрасли, но устойчиво используется в краеведческой и историко-экономической литературе для обозначения совокупности промыслов, связанных с обработкой животного сырья в Москве и её окрестностях.

¶Исторические предпосылки

Москва с момента возвышения в XIV веке находилась на пересечении речных торговых путей, что обеспечивало приток сырья из северных и восточных земель. Пушнина — «мягкая рухлядь» — служила одним из главных экспортных товаров Московского государства: она поступала в казну в виде дани с сибирских и северных народов, а затем направлялась через Архангельск и Новгород в Западную Европу. Кожевенное сырьё — коровьи, конские, овечьи, козьи шкуры — собиралось внутри страны и перерабатывалось в ремесленных слободах.

¶Ремесленные слободы и организация промысла

Обработка кож и меха в Москве была сосредоточена в специализированных слободах, что отразилось в топонимике города. Известны Кожевники (Кожевническая слобода) за Москвой-рекой, где жили мастера-кожевники, и Сыромятники — слобода сыромятников, выделывавших кожи сыромятным способом. Названия сохранились в современных московских топонимах: Кожевническая улица, Сыромятническая набережная, Большой и Малый Кожевнические переулки.

Ремесленники делились по специализации:

• Кожевники — выделывали кожи дублёным способом, используя растительные дубители (кора ивы, дуба, ольхи).
• Сыромятники — обрабатывали кожи без дубления, путём разминания и пропитки жирами, получая мягкую, но менее стойкую к влаге кожу.
• Скорняки — занимались выделкой меха и пошивом меховых изделий.
• Овчинники — выделывали овчины.
• Сафьянники — изготовляли тонкую окрашенную кожу (сафьян), применявшуюся для обуви и книжных переплётов.

Мастера объединялись в сотни и слободы, подчинявшиеся посадскому управлению. В XVII веке упоминаются «кожевенная сотня» и отдельные корпорации ремесленников, платившие тягло и несшие повинности.

¶Технология выделки

Традиционный цикл обработки шкуры включал несколько этапов. Сначала сырьё замачивали в воде для размягчения, затем удаляли шерсть и мездру (подкожный слой) на зольниках — в извести или золе. Далее следовало дубление: кожи выдерживали в ямах с дубильными растворами из измельчённой коры. Сыромятный способ предполагал разминание кожи после обработки и пропитку дёгтем или жиром. Овчины и меха обрабатывались с сохранением волосяного покрова — их квасили в отрубях и кислом молоке, затем разминали.

Процесс был трудоёмким, требовал воды, извести, дубильных материалов и значительных площадей. Поэтому кожевенные производства размещались у рек — Москвы, Яузы, вблизи колодцев и прудов. Экологическая сторона промысла была тяжёлой: отходы — мездра, зола, гниющие растворы — загрязняли воду и воздух, что неоднократно вызывало жалобы горожан и указы о выносе «зловонных» производств за пределы жилых зон.

¶Экономическое значение

Кожевенное и меховое сырьё занимало заметное место во внутренней и внешней торговле Московского государства. Через Москву проходили партии пушнины из Сибири, кож из Поволжья и центральных уездов. Готовые кожи — юфть, сафьян, красная и чёрная кожа — вывозились в страны Европы и на Восток. В XVII веке английские и голландские купцы закупали в России значительные объёмы юфти, ценившейся за прочность.

С развитием мануфактур в конце XVII — начале XVIII века ремесленный промысел начал уступать место более крупным производствам. Пётр I поощрял создание кожевенных заводов, ориентированных на нужды армии и флота: требовались кожи для обуви, ремней, конской упряжи, седельных и амуниционных изделий. Московские кожевенные дворы поставляли продукцию казне по подрядам.

¶Упадок и трансформация

В XVIII–XIX веках кожевенное производство постепенно перемещалось из ремесленных слобод в промышленные районы, а традиционные слободские формы организации исчезали. Крупные кожевенные заводы возникали в других регионах — в Казани, Нижнем Новгороде, на Урале. Москва сохраняла значение торгового и отчасти перерабатывающего центра, но массовое кустарное выделывание шкур ушло в прошлое.

К XX веку от промысла остались главным образом топонимические следы и музейные коллекции. Современные кожевенные предприятия используют промышленные технологии, а историческая связь с московскими слободами сохраняется лишь в названиях улиц и в краеведческих исследованиях.

¶Отражение в культуре и топонимике

Память о промысле закреплена в московской топонимике: Кожевническая улица, Сыромятнический проезд, Овчинниковская набережная, Скорняжный переулок. Эти названия фиксируют расселение ремесленников по профессиональному признаку. В исторических описаниях Москвы XVI–XVII веков неоднократно упоминаются «кожевенные ряды» на торгах, где продавались выделанные кожи и меха.

¶Изучение

Тема московских кожевенных и меховых промыслов исследуется в рамках исторической географии, археологии и истории ремёсел. Археологические раскопки в районе Кожевников и Сыромятников выявляют остатки ям-дубильников, инструментов и отходов производства. Данные письменных источников — писцовых книг, таможенных записей, указов — позволяют реконструировать объёмы и организацию промысла.

Источники: писцовые книги Москвы XVII века; труды по истории московских ремёсел и слобод; краеведческие исследования топонимики Москвы; работы по истории кожевенного производства в России.