Классовая целесообразность

Классовая целесообразность — это принцип, согласно которому оценка действий, решений, институтов и культурных явлений производится исключительно с точки зрения их полезности для интересов определённого социального класса. В марксистско-ленинской теории данный принцип является основополагающим критерием истинности и моральности, противопоставляемым абстрактным, внеклассовым представлениям о справедливости, добре и зле. Классовая целесообразность предполагает, что всё, что служит делу прогрессивного класса (в исторической перспективе — пролетариата), является целесообразным и оправданным, независимо от того, насколько оно соответствует общепринятым нормам морали или законам, установленным господствующим классом.

История понятия

Возникновение в марксизме

Истоки понятия лежат в материалистическом понимании истории, разработанном Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом. Они утверждали, что общественное бытие определяет общественное сознание, а господствующей идеологией любого общества является идеология господствующего класса. Отсюда следовало, что мораль, право и политика не являются вечными и неизменными категориями, а исторически обусловлены и служат интересам определённых классов. В «Манифесте Коммунистической партии» (1848) Маркс и Энгельс прямо заявили, что коммунисты «открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путём насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя». Это положение стало одной из первых формулировок классовой целесообразности как руководства к действию.

Развитие в большевизме

Широкое применение и теоретическое обоснование принцип получил в трудах Владимира Ленина и в практике большевистской партии. Ленин, развивая марксизм в условиях империализма, настаивал на том, что классовая борьба пролетариата должна быть подчинена единой цели — завоеванию политической власти. В работе «Что делать?» (1902) он обосновывал необходимость жёсткой, централизованной партии профессиональных революционеров, действующей по принципу демократического централизма, где целесообразность для дела революции ставилась выше формальной демократии.

В советский период принцип классовой целесообразности стал официальной доктриной. Он использовался для обоснования политики «красного террора» в годы Гражданской войны, коллективизации, индустриализации, а также для подавления инакомыслия. Правовая система СССР, особенно в первые десятилетия, часто руководствовалась не столько буквой закона, сколько «революционным правосознанием» и соображениями пользы для диктатуры пролетариата. Например, в ходе политических процессов 1930-х годов обвинения часто строились не на конкретных доказательствах преступлений, а на «классово чуждом происхождении» или «контрреволюционной сущности» деятельности подсудимых.

Критерии и применение

В политике и праве

Классовая целесообразность в политике означает, что любые союзы, компромиссы или разрывы отношений оправданы лишь постольку, поскольку они продвигают интересы пролетариата (или, в более широком смысле, «трудящихся масс»). В праве этот принцип приводил к тому, что закон мог трактоваться и применяться по-разному в зависимости от классовой принадлежности подсудимого. В первые годы советской власти действовали «революционные трибуналы», которые руководствовались не Уголовным кодексом, а «революционной совестью» и «классовым чутьём». В 1920-е годы в РСФСР была введена практика «классового подхода» к суду: для рабочих и крестьян предусматривались более мягкие наказания, чем для представителей «эксплуататорских классов» (буржуазии, дворянства, духовенства).

В культуре и науке

В сфере культуры принцип классовой целесообразности привёл к жёсткой цензуре и насаждению социалистического реализма как единственного творческого метода. Всякое искусство, не отвечавшее задачам коммунистического воспитания, объявлялось «формалистическим», «буржуазным» или «враждебным». В науке господствовал принцип партийности, требовавший от учёных не только объективного познания, но и активной борьбы с «буржуазными» теориями. Ярким примером является разгром генетики в СССР в 1940-1950-х годах, когда лысенковщина, поддерживаемая властью как «пролетарская», «материалистическая» наука, была объявлена единственно верной, а классическая генетика — «реакционной» и «идеалистической». В результате советская биология понесла огромный ущерб.

В экономике

В экономической политике классовая целесообразность оправдывала такие меры, как «раскулачивание» (ликвидация зажиточных крестьян как класса) и форсированная индустриализация за счёт перекачки средств из аграрного сектора. Все экономические решения оценивались с точки зрения их вклада в укрепление обороноспособности страны и построение социализма, а не с точки зрения экономической эффективности или благосостояния населения в краткосрочной перспективе.

Критика

Морально-этическая критика

Главный аргумент критиков принципа классовой целесообразности заключается в том, что он ведёт к оправданию любых, в том числе преступных, действий, если они совершаются «во имя высшей цели». Это позволяет игнорировать права человека, принципы справедливости и гуманизма. Критики, в частности, философы-экзистенциалисты (например, Альбер Камю в книге «Бунтующий человек») и либеральные мыслители, утверждают, что классовая целесообразность неизбежно превращается в инструмент тоталитарного произвола, где интересы партии или государства отождествляются с интересами класса.

Практическая критика

С практической точки зрения, классовая целесообразность часто приводила к ошибочным и катастрофическим решениям, так как оценка «полезности» для класса была субъективной и зависела от воли узкой группы лиц (партийного руководства). Отсутствие объективных критериев позволяло выдавать политические репрессии за «классовую борьбу», а экономические провалы — за «временные трудности на пути строительства коммунизма». Кроме того, принцип игнорировал сложность социальной структуры, сводя всё многообразие интересов к бинарной оппозиции «пролетариат — буржуазия».

Современное восприятие

В современной науке и политической философии принцип классовой целесообразности в его ортодоксальной форме рассматривается как исторический анахронизм, характерный для эпохи революционных потрясений. В то же время, элементы этого подхода в смягчённой форме можно наблюдать в политике некоторых государств, где национальные интересы или интересы государственной безопасности ставятся выше формальных правовых норм. В современной России термин «классовая целесообразность» используется преимущественно в историческом контексте, при анализе событий советского периода.

Интересные факты

• В 1920-е годы в советских судах существовала практика «классового поручительства»: крестьянские или рабочие коллективы могли взять на поруки обвиняемого из своей среды, и суд был обязан смягчить ему приговор.
• Термин «революционное правосознание» был официально закреплён в Декрете о суде № 1 (1917) как источник права наряду с законами свергнутых правительств, если они не противоречили революционной совести.
• В 1930-е годы принцип классовой целесообразности распространялся даже на лингвистику: академик Николай Марр создал «новое учение о языке», объявившее язык «надстройкой» и классовой категорией. Эта теория была официально поддержана, но в 1950 году разгромлена Сталиным как антинаучная.

Источники

• Маркс К., Энгельс Ф. «Манифест Коммунистической партии» (1848)
• Ленин В. И. «Что делать?» (1902)
• Ленин В. И. «Государство и революция» (1917)
• Сталин И. В. «Вопросы ленинизма» (1926)
• Камю А. «Бунтующий человек» (1951)
• Солженицын А. И. «Архипелаг ГУЛАГ» (1973)
• Зиновьев А. А. «Коммунизм как реальность» (1980)