Циклические теории истории

Циклические теории истории — это совокупность концепций исторического процесса, согласно которым развитие человеческих обществ, цивилизаций или государств происходит не линейно (по восходящей или нисходящей прямой), а через повторяющиеся циклы возникновения, расцвета, упадка и гибели. В отличие от линейных моделей истории (например, христианской эсхатологии или марксистского формационного подхода), циклические теории отрицают поступательное движение к единой цели и акцентируют внимание на повторяемости фаз, замкнутости исторических циклов и подчинённости развития определённым внутренним закономерностям.

Истоки и предшественники

Идея цикличности восходит к древнейшим мифологическим и религиозным представлениям. В индуизме и буддизме существует концепция «кальп» — космических циклов, сменяющих друг друга, где каждый цикл включает создание, сохранение и разрушение мира. В античной философии идея круговорота была развита стоиками (учение о «мировом пожаре» — экпиросисе) и Платоном, который в диалоге «Тимей» описывал периодические катастрофы, уничтожающие цивилизации. Древнегреческий историк Полибий в «Всеобщей истории» предложил одну из первых рационалистических моделей циклического развития государства: монархия сменяется тиранией, тирания — аристократией, аристократия — олигархией, олигархия — демократией, демократия — охлократией, после чего цикл начинается заново.

В средневековой арабо-мусульманской мысли выдающийся историк Ибн Хальдун (XIV век) в своей «Мукаддиме» сформулировал циклическую теорию подъёма и упадка династий и государств. Он связывал циклы с утратой «асабии» (групповой солидарности): кочевые племена, обладающие высокой сплочённостью, завоёвывают оседлые цивилизации, основывают династию, но через несколько поколений аристократия теряет боевой дух и единство, что ведёт к ослаблению и новому завоеванию.

Классические циклические теории XIX–XX веков

Николай Данилевский (1822–1885)

Русский мыслитель в книге «Россия и Европа» (1869) выдвинул теорию «культурно-исторических типов» — замкнутых цивилизаций, каждая из которых проходит стадии: этнографическую (детство), государственную (возмужалость) и цивилизационную (зрелость). После этого тип неизбежно приходит в упадок и уступает место другому. Данилевский выделил 10 полных типов (египетский, китайский, ассиро-вавилонский, индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, аравийский, германо-романский) и два зарождающихся (славянский и американский). Он утверждал, что ни один тип не может передать свои достижения другому напрямую, а лишь через «почвенное удобрение» — влияние на чужую почву.

Освальд Шпенглер (1880–1936)

Немецкий философ в двухтомном труде «Закат Европы» (1918–1922) развил концепцию «высоких культур» как живых организмов. Каждая культура, по Шпенглеру, имеет душу (например, «фаустовская» душа западной культуры) и проходит жизненный цикл: весна (рождение), лето (расцвет), осень (зрелость) и зима (упадок). Переход от культуры к цивилизации — это стадия окостенения, когда творческое начало сменяется техникой, урбанизацией и империализмом. Шпенглер насчитывал восемь завершённых культур (египетская, вавилонская, индийская, китайская, греко-римская, арабская, западная, мексиканская) и одну зарождающуюся — русско-сибирскую. Он предсказал неизбежный закат западной цивилизации, который уже начался в начале XX века.

Арнольд Тойнби (1889–1975)

Британский историк в 12-томном «Постижении истории» (1934–1961) предложил модель «вызов-и-ответ». Цивилизации возникают как ответ на вызовы (природные, социальные, военные). Рост цивилизации происходит, пока элита («творческое меньшинство») способна давать адекватные ответы. Упадок наступает, когда элита теряет творческую силу и превращается в «господствующее меньшинство», а массы отчуждаются — возникает «внутренний пролетариат». Тойнби выделил 21 цивилизацию (позже сократил до 13 «живых» и 5 «мёртвых»), включая западную, православную, исламскую, индуистскую, дальневосточную и другие. В отличие от Шпенглера, Тойнби допускал возможность возрождения через религиозное обновление.

Питирим Сорокин (1889–1968)

Русско-американский социолог в четырёхтомной «Социальной и культурной динамике» (1937–1941) разработал теорию флуктуации «социокультурных суперсистем». Он выделил три типа: идеациональный (ориентация на сверхчувственное, религию), чувственный (ориентация на материальное, эмпирию) и идеалистический (синтез обоих). История, по Сорокину, — это циклическое чередование этих типов, каждый из которых проходит фазы зарождения, расцвета и упадка. Современную западную культуру он считал находящейся в стадии упадка «чувственного» типа, после чего неизбежен переход к новому идеациональному.

Современные циклические теории

Джаред Даймонд (род. 1937)

Американский биолог и географ в книге «Коллапс» (2005) проанализировал гибель ряда древних и современных обществ (остров Пасхи, майя, викинги в Гренландии, Руанда). Он выделил пять факторов коллапса: экологический ущерб, изменение климата, враждебные соседи, утрата торговых партнёров и неадекватная реакция общества на проблемы. Хотя Даймонд не утверждает строгой цикличности, его модель описывает повторяющиеся сценарии подъёма и краха.

Теория «вековых ритмов» (Кондратьевские волны)

Русский экономист Николай Кондратьев (1892–1938) в 1920-х годах выявил 50–60-летние циклы в экономике («длинные волны»), состоящие из фаз подъёма, спада и депрессии. Позднее эта теория была интегрирована в исторические модели: например, американский историк Джон Голдстоун (род. 1953) связывает политические революции с совпадением фаз экономических и демографических циклов.

Теория «клиодинамики» (Пётр Турчин, род. 1957)

Американский учёный российского происхождения в рамках клиодинамики (математического моделирования исторических процессов) разработал модель «секулярного цикла» — 200–300-летних циклов социально-политической нестабильности. По Турчину, рост населения и элит ведёт к перенапряжению ресурсов, что порождает кризис, гражданские войны и государственный коллапс, после чего цикл начинается заново. Модель проверена на данных по Древнему Риму, средневековой Европе и Китаю.

Критика циклических теорий

Циклические теории истории подвергаются критике с нескольких позиций:

• Эмпирическая недостаточность. Критики (например, Карл Поппер в «Нищете историцизма», 1957) указывают, что циклические модели часто основаны на субъективном отборе фактов и игнорируют уникальные черты каждой эпохи. Невозможно строго доказать, что фазы одного цикла точно повторяют фазы другого.
• Телеологизм и метафизичность. Многие теории (особенно у Шпенглера и Тойнби) содержат элементы органицизма (уподобление общества живому организму) и фатализма, что противоречит современной науке.
• Игнорирование глобализации. В эпоху глобальных взаимосвязей (с XIX века) трудно говорить о замкнутых циклах отдельных цивилизаций — они всё больше влияют друг на друга, что разрушает чистоту циклической модели.
• Альтернативные объяснения. Линейные модели (например, теория модернизации) объясняют те же исторические процессы через поступательное развитие технологий, институтов и знаний, не прибегая к циклам.

Значение и влияние

Несмотря на критику, циклические теории оказали глубокое влияние на историософию, культурологию, политологию и даже практическую политику. Они стимулировали поиск повторяющихся закономерностей в истории, что привело к развитию клиометрики, макроистории и математического моделирования. В современном дискурсе идеи цикличности используются при анализе долгосрочных экономических кризисов (Кондратьевские волны), геополитических сдвигов (теория «длинных циклов» Джорджа Модельски) и коллапса сложных обществ (Даймонд). В России циклические теории (особенно Данилевского и Шпенглера) активно применяются в консервативной и евразийской мысли для обоснования особого пути развития.

Источники

• Данилевский Н. Я. Россия и Европа. — СПб., 1869.
• Шпенглер О. Закат Европы. — Т. 1–2. — М., 1993 (ориг. 1918–1922).
• Тойнби А. Постижение истории. — М., 1991.
• Сорокин П. А. Социальная и культурная динамика. — М., 2006.
• Кондратьев Н. Д. Большие циклы конъюнктуры. — М., 1925.
• Турчин П. В. Историческая динамика: на пути к теоретической истории. — М., 2007.
• Даймонд Дж. Коллапс: почему одни общества выживают, а другие умирают. — М., 2008.
• Поппер К. Нищета историцизма. — М., 1993.