Народ против Глубокой глотки

Народ против Глубокой глотки — это неофициальное название кампании по сбору подписей и общественной дискуссии, развернувшейся в СССР в 1987—1988 годах вокруг возможности легального показа на широком экране американского порнографического фильма «Глубокая глотка» (Deep Throat, 1972). Данное явление стало одним из ярких символов культурной политики Перестройки, отразив как либерализацию общественных нравов, так и сопротивление консервативной части советского общества.

Предыстория

Культурный контекст эпохи Перестройки

С середины 1980-х годов в СССР началась политика гласности, сопровождавшаяся ослаблением цензуры и появлением в публичном пространстве ранее запрещённых тем. В 1986—1987 годах на экраны вышли фильмы, затрагивавшие острые социальные проблемы («Маленькая Вера», «Интердевочка»), а в прессе начали обсуждаться вопросы сексуального воспитания и эмансипации. В этот период в советских кинотеатрах начали демонстрировать зарубежные фильмы, ранее недоступные для массового зрителя.

Фильм «Глубокая глотка»

«Глубокая глотка» (режиссёр Джерард Дамиано) — один из первых порнографических фильмов, получивших широкую известность в США и за их пределами. Главную роль исполнила Линда Лавлейс. Картина стала символом сексуальной революции 1970-х годов и вызвала множество судебных разбирательств в США по вопросам цензуры. В СССР фильм был известен лишь узкому кругу лиц, имевших доступ к нелегальным видеозаписям.

Хронология событий

Инициатива показа

В 1987 году ряд деятелей культуры и кино, в том числе кинорежиссёр Станислав Говорухин, выступили с предложением организовать публичный показ «Глубокой глотки» в одном из московских кинотеатров. Инициаторы аргументировали это необходимостью «снять покровы тайны» с порнографии и дать зрителю возможность самостоятельно оценить подобные произведения. Предполагалось, что показ будет платным, а вырученные средства пойдут на благотворительность.

Кампания «Народ против Глубокой глотки»

В ответ на инициативу в ряде советских газет (в частности, в «Литературной газете» и «Комсомольской правде») началась публикация писем читателей, выражавших резко негативное отношение к идее. Письма содержали требования не допустить демонстрации порнографии в советских кинотеатрах. Организаторы кампании, в том числе представители общественных организаций и ветераны, начали сбор подписей под обращением к властям с просьбой запретить показ. Количество собранных подписей, по разным данным, составило от нескольких тысяч до десятков тысяч.

Реакция властей

Министерство культуры СССР и Госкино, столкнувшись с общественным резонансом, заняли осторожную позицию. Официально было заявлено, что показ порнографических фильмов в государственных кинотеатрах противоречит действующему законодательству и моральным нормам советского общества. В итоге демонстрация «Глубокой глотки» не состоялась.

Ключевые участники и позиции

Сторонники показа

• Деятели культуры (Станислав Говорухин, Эльдар Рязанов, Юрий Любимов) — считали, что запрет порнографии лишь подогревает к ней интерес, а открытое обсуждение может снизить её привлекательность.
• Либерально настроенные журналисты — полагали, что показ станет шагом к полной отмене цензуры.
• Часть зрителей — выражали любопытство и желание увидеть фильм, о котором ходили легенды.

Противники показа

• Консервативные общественные организации (в том числе Комитет советских женщин, Союз ветеранов) — настаивали на недопустимости пропаганды разврата.
• Религиозные деятели (в основном представители Русской православной церкви) — осуждали порнографию как грех.
• Часть зрителей — в письмах в редакции газет выражали возмущение «разрушением нравственных устоев».

Значение и последствия

Культурное влияние

Кампания «Народ против Глубокой глотки» стала одним из первых публичных конфликтов между либеральными и консервативными силами в СССР в эпоху Перестройки. Она продемонстрировала, что даже в условиях гласности существуют границы допустимого, определяемые как законодательством, так и общественным мнением.

Правовые последствия

Событие способствовало ужесточению разъяснений о недопустимости демонстрации порнографических материалов в государственных учреждениях. В 1988 году вышло постановление Госкино, уточняющее критерии отнесения фильмов к порнографическим.

Долгосрочный эффект

Несмотря на то, что показ не состоялся, сама дискуссия привела к тому, что в конце 1980-х — начале 1990-х годов в СССР (а затем в России) появились первые легальные видеосалоны, специализировавшиеся на эротическом и порнографическом контенте. Однако официальная демонстрация подобных материалов в кинотеатрах оставалась под запретом.

Критика и оценки

Современная оценка

Историки и культурологи рассматривают кампанию как симптоматичный эпизод, отражающий противоречия Перестройки: с одной стороны — стремление к свободе самовыражения, с другой — страх перед разрушением традиционных ценностей. Некоторые исследователи считают, что кампания была частично инспирирована консервативными кругами в партийном аппарате для демонстрации «народной поддержки» цензуры.

Критика со стороны либералов

Либеральные публицисты постсоветского периода оценивали кампанию как проявление «ханжества» и «советского пуританства», которое мешало нормальному развитию сексуальной культуры в России.

Критика со стороны консерваторов

Консервативные авторы, напротив, считают, что кампания была оправданной и предотвратила моральную деградацию общества, которая, по их мнению, началась в 1990-е годы с распространением порнографии в СМИ.

Интересные факты

• В 1988 году, после скандала, в СССР был выпущен документальный фильм «Порнография: мифы и реальность», в котором осуждалась порнография, но при этом цитировались кадры из «Глубокой глотки» (в качестве иллюстрации).
• Линда Лавлейс, исполнительница главной роли, впоследствии стала активисткой против порнографии, заявив, что её участие в фильме было вынужденным.
• В 1990-е годы «Глубокая глотка» нелегально распространялась в России на видеокассетах, но официально в кинотеатрах так и не демонстрировалась.

Источники

• Говорухин С. С. «Чёрная кошка в тёмной комнате». — М.: Искусство, 1990.
• Публикации в «Литературной газете» и «Комсомольской правде» за 1987—1988 годы.
• Лебина Н. Б. «Советская повседневность: нормы и аномалии». — М.: Новое литературное обозрение, 2015.
• Журнал «Искусство кино», № 6, 1988. — С. 45—52.
• Архивные материалы Госкино СССР (Ф. 2458, оп. 1, д. 456).