Дырявая ложка — тюремный сленг и его значение¶

Дырявая ложка — выражение тюремного (арестантского) жаргона, означающее человека, который систематически доносит на других заключённых администрации исправительного учреждения. Слово употребляется как уничижительная характеристика и сопровождается в уголовной субкультуре жёстким табу: с «дырявой ложкой» запрещено иметь любые социальные контакты, делиться продуктами, курить из одной пачки, есть из одной посуды.

¶Происхождение выражения

Точное происхождение фразы документально не зафиксировано, существуют несколько версий. Наиболее распространённая связывает её с посудой: ложка с дырками (проколотыми отверстиями) не удерживает жидкую пищу — бульщ, кашу, — то есть «не держит слова», «протекает». По другой версии, дырявая ложка — это ложка, которой нельзя есть, поскольку она «испорчена», как испорчен человек, предавший товарищей. Третья версия отсылает к практике подкладывания в еду предметов: заключённые, подозревая наводчика, могли символически «испортить» его посуду.

В русской уголовной традиции метафора «дырявости» связана с понятием «стукач» (от глагола «стучать» — доносить). Синонимы и родственные выражения: «стукач», «сексот» (секретный сотрудник), «информатор», «крыса», «петух» (в отдельном значении), «мусорный» (по отношению к лицу, сотрудничающему с администрацией). В отличие от «крысы», подчёркивающей трусость и низость, «дырявая ложка» акцентирует именно предательство, «протекание» информации наружу.

¶Место в тюремной субкультуре

Русская уголовная субкультура XVIII–XX веков выработала развёрнутую систему оценок заключённых, в которой доносительство считалось одним из тяжчайших преступлений против «воровского закона» и «понятий». Иерархия включала «воров в законе», «блатных», «мужиков» (бытовиков), «опущенных» и «петухов». Лица, сотрудничающие с администрацией, стояли на самом низу или вовсе исключались из общения.

«Дырявая ложка» — характеристика, которую можно было получить за:

• прямое сотрудничество с оперативным отделом колонии (передача сведений о конфликтах, планируемых побегах, запрещённых предметах);
• участие в следственных мероприятиях в качестве свидетеля-«подписавшего» (по версии заключённых);
• пересказывание разговоров из камеры;
• жалобы администрации на нарушения, совершаемые другими заключёнными.

При этом реальная вина не всегда имела значение: достаточно было порицания со стороны авторитетных заключённых, чтобы человек попал в категорию «дырявых». Обвинение могло быть основано на слухах, личной неприязни или конфликте.

¶Последствия и практика обращения

В уголовной субкультуре с «дырявой ложкой» не разговаривают, не передают через неё вещи, не берут от неё продуктов (в том числе чая, сахара, сигарет). Её не подпускают к общей посуде. В бытовых условиях камеры такой человек оказывается в полной изоляции: с ним не делятся, его не защищают, его имущество считается «ничейным» — любой может забрать вещи без последствий.

Формально в современных исправительных учреждениях Российской Федерации администрация не имеет права допускать насилие и травлю, однако на практике конфликты, связанные с обвинениями в доносительстве, остаются одним из источников напряжённости. Сотрудники ФСИН используют систему «профилактики» — перемещение конфликтующих в разные отряды, размещение в камерах особого режима.

¶В культуре

Тема доносительства и его последствий в тюрьме получила отражение в русской и советской литературе и кинематографе. В повести А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» (1962) тема «стукачей» и их изгнания из коллектива заключённых показана как часть повседневной жизни лагеря. В фильме «Брат» (1997) и романе А. В. Баранова «Крысолов» (1996) тюремный жаргон, включая подобные выражения, используется как элемент характеристики персонажей. Словари русского тюремного жаргона (например, работы А. В. Звонарёва, В. М. Мокиенко) фиксируют «дырявую ложку» как устойчивое выражение.

¶Правовой аспект

В законодательстве Российской Федерации доносительство само по себе не является преступлением: свидетельские показания и обращения к администрации — законное право. Обвинение в «доносительстве» в уголовной субкультуре не имеет правового значения и не является основанием для каких-либо санкций со стороны государства. Вместе с тем травля заключённых по этому признаку может квалифицироваться как нарушение прав человека и норм обращения с задержанными, зафиксированных в Конституции РФ и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Источники:

• Звонарёв А. В. Тюремный жаргон. — М., 2002.
• Мокиенко В. М., Никитина Т. Г. Большой словарь русского жаргона. — СПб., 2007.
• Солженицын А. И. Один день Ивана Денисовича. — 1962.
• Баранов А. В. Крысолов. — М., 1996.
• Словарь русского арго и преступного жаргона. — М., 1992.