Кредитный риск контрагента¶

Кредитный риск контрагента (англ. counterparty credit risk, CCR) — это риск возникновения финансовых потерь у одной из сторон сделки вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств другой стороной (контрагентом) в рамках внебиржевых (OTC) и биржевых сделок с производными финансовыми инструментами, договоров репо, операций по финансированию ценными бумагами и других двусторонних соглашений. В отличие от традиционного кредитного риска по кредитам и облигациям, CCR характеризуется двусторонней природой (обе стороны могут быть подвержены риску) и неопределённостью будущей подверженности (экспозиции), которая зависит от динамики рыночных цен.

¶История и развитие концепции

¶Возникновение термина

До 1990-х годов кредитный риск контрагента рассматривался как часть общего кредитного риска банков, но не выделялся в отдельную категорию. Толчком к его формализации послужил рост рынка внебиржевых деривативов (свопов, опционов, форвардов) в 1980-х годах, где стандартные механизмы клиринга отсутствовали. Первые методики оценки CCR были разработаны Международной ассоциацией свопов и деривативов (ISDA) в 1992 году в рамках стандартного документации для сделок с деривативами.

¶Регуляторные изменения после кризиса 2008 года

Мировой финансовый кризис 2007–2008 годов выявил системную уязвимость, связанную с CCR. Крах банка Lehman Brothers (организация признана банкротом в США в 2008 году) и проблемы AIG показали, что неплатежеспособность одного крупного контрагента может вызвать цепную реакцию потерь у множества участников рынка. В ответ на это Базельский комитет по банковскому надзору в 2010 году ввёл новые требования в рамках Базеля III, включая:

• обязательное использование центральных контрагентов (ЦК, англ. CCP) для стандартизированных деривативов;
• расчёт показателя «кредитная оценка контрагента» (CVA) для учёта рыночного риска ухудшения кредитного качества;
• введение норматива «кредитный риск контрагента» (CCR) в рамках расчёта достаточности капитала.

¶Современное состояние

С 2012 года в большинстве юрисдикций (включая Россию) действуют правила, обязывающие банки и финансовые организации рассчитывать CCR по стандартизированным или внутренним моделям. В Российской Федерации регулирование CCR осуществляется в соответствии с Положением Банка России № 483-П «О порядке расчёта величины кредитного риска на основе внутренних рейтингов» и инструкцией № 199-И «Об обязательных нормативах банков».

¶Классификация кредитного риска контрагента

¶По типу сделки

• Риск по внебиржевым деривативам (свопы, форварды, опционы) — наиболее распространённая форма CCR, так как сделки не проходят через центрального контрагента и не имеют стандартного обеспечения.
• Риск по операциям репо — при продаже ценных бумаг с обязательством обратного выкупа контрагент может не вернуть активы или деньги.
• Риск по сделкам с ценными бумагами (например, при покупке с отсрочкой платежа) — возникает, если контрагент не поставляет бумаги или не оплачивает их.
• Риск по сделкам с физической поставкой (например, товарные форварды) — риск неисполнения обязательств по поставке или оплате.

¶По характеру подверженности

• Текущая подверженность (current exposure) — стоимость замещения сделки на текущий момент (если контрагент не исполняет обязательства, потери равны рыночной стоимости замены сделки).
• Потенциальная будущая подверженность (potential future exposure, PFE) — возможное увеличение стоимости сделки в будущем из-за колебаний рыночных цен. PFE рассчитывается с заданным доверительным уровнем (обычно 95–99%) на определённый временной горизонт.

¶По способу управления

• Риск с обеспечением (collateralized CCR) — когда контрагент предоставляет залог (денежные средства, ценные бумаги), который покрывает текущую и потенциальную подверженность. Наиболее распространён в сделках с ISDA Credit Support Annex (CSA).
• Риск без обеспечения (uncollateralized CCR) — когда залог не предоставляется, и потери полностью зависят от кредитоспособности контрагента. Характерен для сделок с суверенными заёмщиками или в рамках межбанковского кредитования.

¶Устройство и методы оценки

¶Основные параметры

Для оценки CCR используются три ключевых компонента:

1. Подверженность в случае дефолта (exposure at default, EAD) — ожидаемая стоимость сделки на момент дефолта контрагента. Для деривативов EAD рассчитывается как сумма текущей подверженности и PFE.
2. Вероятность дефолта (probability of default, PD) — вероятность того, что контрагент не выполнит обязательства в течение заданного периода (обычно 1 год). Определяется на основе кредитного рейтинга, рыночных данных (кредитные спреды) или внутренних моделей.
3. Доля потерь при дефолте (loss given default, LGD) — часть EAD, которая не будет возмещена (обычно 40–60% для необеспеченных сделок). Зависит от наличия обеспечения, старшинства обязательств и процедур взыскания.

¶Методы расчёта

• Стандартизированный метод (SA-CCR) — предписанный Базелем III подход, который использует фиксированные коэффициенты для разных типов деривативов и сроков. Не требует внутренних моделей, но менее точен.
• Метод внутренних моделей (IMM) — позволяет банкам использовать собственные статистические модели для оценки EAD и PFE. Требует одобрения регулятора и соблюдения строгих критериев (например, ежеквартальная валидация).
• Метод текущей подверженности (CEM) — устаревший подход, при котором EAD равна текущей стоимости сделки плюс фиксированная надбавка. Используется в основном для малых банков.

¶Учёт обеспечения

При наличии обеспечения (залога) EAD корректируется с учётом:

• порога (threshold) — минимальной суммы подверженности, не покрываемой залогом;
• минимального перевода (minimum transfer amount) — минимальной суммы, которую контрагент обязан перевести при превышении порога;
• периода маржирования (margin period of risk) — времени, необходимого для закрытия позиции и реализации залога (обычно 10–20 рабочих дней).

¶Применение и значение

¶В банковской деятельности

Кредитный риск контрагента является одним из ключевых факторов при расчёте нормативов достаточности капитала банков. В соответствии с Базелем III, банки обязаны резервировать капитал под CCR, который рассчитывается как произведение EAD, PD и LGD, скорректированное на корреляцию между рыночными и кредитными рисками. В России этот показатель учитывается в нормативе Н1 (достаточность собственных средств).

¶В управлении рисками

Для снижения CCR используются следующие инструменты:

• Центральные контрагенты (ЦК) — организации, которые выступают посредником между сторонами сделки, гарантируя исполнение обязательств. В России функции ЦК выполняет Небанковская кредитная организация — центральный контрагент «Национальный клиринговый центр» (НКО НКЦ).
• Двустороннее обеспечение — заключение соглашений CSA, которые предусматривают регулярный обмен залогом в зависимости от изменения рыночной стоимости сделок.
• Неттинг — взаимозачёт требований и обязательств по нескольким сделкам с одним контрагентом, что снижает EAD.
• Кредитные деривативы — покупка кредитных дефолтных свопов (CDS) на контрагента для хеджирования CCR.

¶В регулировании

Регуляторы (в том числе Банк России) требуют от банков:

• рассчитывать CVA (кредитная оценка контрагента) — корректировку стоимости портфеля деривативов на риск ухудшения кредитного качества контрагента;
• проводить стресс-тестирование CCR при различных сценариях (например, дефолт крупнейшего контрагента);
• публиковать в отчётности информацию о подверженности CCR и методах управления.

¶Примеры

¶Пример 1: Процентный своп

Банк А заключает с банком Б процентный своп на 100 млн долларов США на 5 лет. По условиям сделки банк А платит фиксированную ставку 5%, а получает плавающую ставку LIBOR + 1%. Через 2 года банк Б объявляет дефолт. На момент дефолта рыночная стоимость замещения свопа (текущая подверженность) составляет 2 млн долларов (так как фиксированная ставка стала выше рыночной). Банк А теряет 2 млн долларов (если обеспечение отсутствует), что и является реализацией CCR.

¶Пример 2: Операция репо

Инвестиционный фонд продаёт банку В облигации на сумму 10 млн рублей с обязательством выкупить их через 30 дней по цене 10,1 млн рублей. Через 20 дней фонд объявляет дефолт. Банк В оставляет у себя облигации, но их рыночная стоимость упала до 9,5 млн рублей. Потери банка В составляют 0,6 млн рублей (10,1 млн — 9,5 млн), что является CCR по сделке репо.

¶Критика и ограничения

¶Недостатки стандартизированных методов

Критики отмечают, что стандартизированный метод SA-CCR завышает оценку риска для простых сделок и занижает для сложных структурных продуктов. Это может приводить к неэффективному распределению капитала. Кроме того, SA-CCR не учитывает корреляцию между дефолтами контрагентов и рыночными шоками, что было продемонстрировано во время кризиса 2008 года.

¶Проблемы с центральными контрагентами

Хотя использование ЦК снижает двусторонний CCR, оно создаёт системный риск концентрации: если ЦК сам становится неплатёжеспособным (как, например, в случае с кризисом LCH.Clearnet в 2014 году), последствия могут быть катастрофическими для всего рынка. В России НКО НКЦ (организация признана системно значимой, но не является объектом запрета) является единственным ЦК, что усиливает этот риск.

¶Сложность моделирования

Оценка CCR требует сложных математических моделей, которые зависят от допущений (например, о распределении рыночных цен). В условиях низкой ликвидности или экстремальных событий (как пандемия COVID-19) модели могут давать ошибочные результаты, что приводит к недооценке или переоценке риска.

¶Интересные факты

• По данным Банка международных расчётов (BIS), на конец 2022 года совокупный номинальный объём внебиржевых деривативов составлял около 600 триллионов долларов, из которых примерно 80% приходится на сделки с двусторонним CCR.
• В России с 2019 года действует обязательное централизованное клирингование для всех сделок с процентными и валютными свопами на сумму свыше 1 млрд рублей.
• Крупнейший случай реализации CCR в истории — дефолт Lehman Brothers в 2008 году, который привёл к потерям контрагентов на сумму более 100 миллиардов долларов.

¶Источники

• Basel Committee on Banking Supervision. «Basel III: A global regulatory framework for more resilient banks and banking systems». Bank for International Settlements, 2010 (пересмотрено 2017).
• Положение Банка России от 6 августа 2015 года № 483-П «О порядке расчёта величины кредитного риска на основе внутренних рейтингов».
• Инструкция Банка России от 29 ноября 2019 года № 199-И «Об обязательных нормативах банков».
• ISDA. «Credit Support Annex (CSA) Documentation». International Swaps and Derivatives Association, 2016.
• Hull, J. «Options, Futures, and Other Derivatives». 10th ed., Pearson, 2018 (глава 24 «Credit Risk»).
• Банк России. «Обзор рисков финансового рынка». 2023, № 4.