Смертность от коронавирусной инфекции

Смертность от коронавирусной инфекции — статистический показатель, характеризующий отношение числа умерших от COVID-19 к общему числу заболевших или к численности населения. В эпидемиологии используются два основных коэффициента: летальность (case fatality rate, CFR), которая рассчитывается как доля умерших среди всех выявленных случаев заболевания, и смертность (infection fatality rate, IFR), оценивающая долю умерших среди всех инфицированных, включая невыявленных и бессимптомных носителей.

Показатели летальности и смертности

Летальность (CFR) является наиболее доступным для расчёта показателем, поскольку основывается на официально зарегистрированных случаях. Однако этот коэффициент подвержен искажениям: на ранних этапах пандемии, когда тестирование проводилось ограниченно, в статистику попадали преимущественно тяжёлые случаи, что завышало показатель. По мере расширения тестирования и выявления лёгких и бессимптомных форм CFR снижался.

Показатель IFR, напротив, требует проведения сероэпидемиологических исследований для оценки истинного числа переболевших. Согласно систематическим обзорам и метаанализам, проведённым к 2022–2023 годам, среднемировой показатель IFR для исходного уханьского штамма оценивался в диапазоне 0,5–1,0 %. Для сравнения, сезонный грипп имеет IFR около 0,01–0,05 %, что делает COVID-19 значительно более опасным заболеванием.

Динамика показателей в ходе пандемии

Смертность от коронавируса существенно менялась в зависимости от периода пандемии. В начале 2020 года, при отсутствии иммунитета у населения и ограниченных возможностях медицины, CFR в ряде стран достигал 5–10 % среди госпитализированных пациентов. Однако по мере накопления данных и учёта всех случаев заболевания общемировой CFR стабилизировался на уровне около 2 % в 2020 году.

Появление новых штаммов вносило коррективы. Штамм «дельта» (B.1.617.2), доминировавший во второй половине 2021 года, характеризовался более высокой патогенностью и вызывал рост летальности в странах с низким уровнем вакцинации. Штамм «омикрон» (B.1.1.529), распространившийся с конца 2021 года, оказался более заразным, но менее патогенным: при его доминировании CFR снизился до 0,1–0,3 % в развитых странах благодаря массовой вакцинации и предшествующему иммунитету населения.

Факторы, влияющие на смертность

Возраст

Возраст является главным фактором риска. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения и национальных статистических служб, летальность среди лиц старше 80 лет достигает 10–15 % без вакцинации, тогда как среди детей и молодых людей до 30 лет она составляет менее 0,05 %. Средний возраст умерших от COVID-19 в большинстве стран превышал 75 лет.

Сопутствующие заболевания

Наличие хронических патологий значительно повышает риск летального исхода. К основным коморбидным состояниям относятся сердечно-сосудистые заболевания, сахарный диабет, хронические болезни лёгких, онкологические заболевания, ожирение и иммунодефицитные состояния. По данным российского Минздрава, более 80 % умерших от COVID-19 в России имели сопутствующие заболевания, причём у значительной части — несколько одновременно.

Доступность медицинской помощи

Смертность существенно различалась между странами в зависимости от возможностей системы здравоохранения. В странах с развитой медициной и достаточным количеством коек интенсивной терапии летальность среди госпитализированных была ниже. Перегруженность больниц в пиковые периоды волн приводила к росту смертности даже в благополучных странах, например в Италии весной 2020 года.

Вакцинация

Вакцинация доказанно снижает риск тяжёлого течения и смерти. По оценкам, полный курс вакцинации снижал риск летального исхода в 10–20 раз по сравнению с непривитыми. Бустерные дозы дополнительно повышали защиту, особенно среди пожилых людей. В странах с высоким охватом вакцинацией смертность в волну «омикрона» была в разы ниже, чем в странах с низким охватом.

Статистика по России

В России официальный учёт смертности от COVID-19 вёлся оперативным штабом, а затем Минздравом. За весь период пандемии (2020–2023 годы) суммарное число зарегистрированных смертей от COVID-19 превысило 400 тысяч человек. Однако Росстат, учитывавший все случаи смерти, где коронавирус был основной или сопутствующей причиной, называл более высокие цифры — по данным на конец 2022 года, около 450–500 тысяч умерших. Пик смертности пришёлся на осень 2021 года, когда в отдельные недели регистрировалось более 8–9 тысяч смертей в неделю.

Избыточная смертность, то есть превышение общего числа умерших над среднемноголетним уровнем, в России в 2020–2021 годах составила, по оценкам демографов, около 1 миллиона человек, что связывалось в том числе с прямыми и косвенными последствиями пандемии.

Международные сравнения

Сравнение смертности между странами затруднено из-за различий в методиках учёта. Часть стран включала в статистику только подтверждённые ПЦР-тестами случаи, другие — также вероятные и клинические диагнозы. По данным Университета Джонса Хопкинса, наибольшее абсолютное число смертей зафиксировано в США (более 1,1 млн), Бразилии и Индии. При расчёте на 100 тысяч населения лидировали страны Восточной Европы и Латинской Америки: Перу, Болгария, Босния и Герцеговина, где показатель превышал 300–400 смертей на 100 тысяч жителей. Для сравнения, в Новой Зеландии, Австралии и Японии, применявших жёсткие ограничительные меры, этот показатель не превышал 50–100 на 100 тысяч.

Критика официальной статистики

Официальные данные о смертности от коронавируса неоднократно подвергались критике. Основные претензии касались занижения цифр в ряде стран из-за недостаточного тестирования, неполного учёта смертей на дому и в учреждениях социального обслуживания, а также различий в правилах кодирования причин смерти. ВОЗ в 2022 году оценивала избыточную смертность от пандемии в мире в 14,9 миллиона человек за 2020–2021 годы, что почти в три раза превышало официально зарегистрированные 5,4 миллиона смертей за тот же период. Это расхождение объяснялось как недоучётом, так и смертями от косвенных последствий пандемии — перегрузки системы здравоохранения, отложенной медицинской помощи и социально-экономических факторов.