Чрезвычайно высокий риск

Чрезвычайно высокий риск — это категория риска, присваиваемая объектам, процессам, видам деятельности или явлениям, вероятность неблагоприятных последствий от которых оценивается как максимально возможная, а масштаб потенциального ущерба — как катастрофический или недопустимый. Данная категория используется в системах управления рисками, промышленной безопасности, здравоохранении, финансах, экологии и других сферах, где требуется количественная или качественная оценка угроз. В нормативных документах Российской Федерации понятие «чрезвычайно высокий риск» часто применяется при классификации опасных производственных объектов, а также в методиках оценки профессиональных и экологических рисков.

Определение и критерии

В общем виде риск определяется как произведение вероятности неблагоприятного события (частоты его возникновения) на величину последствий (ущерба). Категория «чрезвычайно высокий риск» соответствует случаю, когда оба параметра — и вероятность, и тяжесть последствий — находятся на верхних границах шкалы. Для отнесения к этой категории обычно используются следующие критерии:

• Вероятность события: высокая (например, более 10⁻¹ в год для промышленных аварий) или постоянно присутствующая (непрерывный риск).
• Последствия: массовая гибель людей (десятки и сотни человек), необратимые нарушения здоровья, значительный экологический ущерб (загрязнение территорий на десятки и сотни километров), крупные финансовые потери (миллиарды рублей и более), разрушение критической инфраструктуры.
• Невозможность или крайняя затруднительность локализации и ликвидации последствий.

В международной практике (например, в стандартах ISO 31000 и МАГАТЭ) аналогами являются термины «неприемлемый риск» (unacceptable risk) или «катастрофический риск» (catastrophic risk). В российской системе оценки рисков (ГОСТ Р 58771-2019) выделяется уровень «очень высокий» или «критический», что по сути эквивалентно «чрезвычайно высокому».

Области применения

Промышленная безопасность

В Российской Федерации категория «чрезвычайно высокий риск» (или «I класс опасности») присваивается опасным производственным объектам (ОПО) в соответствии с Федеральным законом № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». К таким объектам относятся:

• Предприятия химической, нефтехимической и нефтеперерабатывающей промышленности, где обращаются вещества в количествах, превышающих пороговые (например, аммиак, хлор, сероводород, фосген).
• Объекты, на которых возможны взрывы с образованием ударной волны, способной разрушить здания в радиусе сотен метров.
• Гидротехнические сооружения (плотины, шлюзы) I класса, авария на которых может привести к затоплению территорий с населением более 100 тысяч человек.
• Объекты ядерного топливного цикла (атомные электростанции, хранилища радиоактивных отходов), где риск аварии оценивается как чрезвычайно высокий из-за потенциального радиоактивного загрязнения.

Для таких объектов устанавливаются особые требования: обязательное лицензирование, декларация промышленной безопасности, страхование ответственности, проведение экспертизы промышленной безопасности, а также регулярные проверки со стороны Ростехнадзора.

Здравоохранение и эпидемиология

В медицине категория «чрезвычайно высокий риск» применяется для оценки вероятности заражения или развития тяжелых заболеваний. Например:

• При контакте с возбудителями особо опасных инфекций (чума, холера, сибирская язва, лихорадка Эбола) — риск инфицирования при отсутствии средств защиты оценивается как чрезвычайно высокий.
• В онкологии — для пациентов с наследственными мутациями (например, BRCA1/BRCA2) риск развития рака молочной железы или яичников может достигать 80–90%, что классифицируется как чрезвычайно высокий.
• В кардиологии — риск внезапной сердечной смерти при определенных состояниях (например, гипертрофическая кардиомиопатия с высоким градиентом давления) может быть оценен как чрезвычайно высокий.

В российских клинических рекомендациях (например, по профилактике тромбоэмболических осложнений) шкалы риска (CHA₂DS₂-VASc, HAS-BLED) включают градацию «очень высокий риск», что соответствует чрезвычайно высокому.

Финансы и инвестиции

В финансовой сфере термин используется для оценки кредитного риска, риска дефолта или рыночного риска. Например, рейтинговые агентства (S&P, Moody’s, Fitch) присваивают эмитентам или ценным бумагам рейтинг «CCC» и ниже, что означает «чрезвычайно высокий риск дефолта». В российской практике (АКРА, Эксперт РА) аналогичные рейтинги обозначаются как «RD» (ограниченный дефолт) или «D» (дефолт). Также категория применяется к спекулятивным активам (например, криптовалюты, деривативы с высоким плечом), где вероятность потери всех вложений оценивается как максимальная.

Экология и природные катастрофы

В экологии «чрезвычайно высокий риск» присваивается территориям и объектам, где возможны катастрофические природные явления или техногенные аварии с необратимыми последствиями для окружающей среды. Примеры:

• Зоны сейсмической активности 9–10 баллов (Камчатка, Курильские острова, Сахалин) — риск разрушительных землетрясений.
• Территории, подверженные цунами (Тихоокеанское побережье России).
• Районы вечной мерзлоты, где изменение климата может привести к разрушению инфраструктуры (нефтепроводы, здания, дороги) — риск оценивается как чрезвычайно высокий для ряда арктических проектов.
• Объекты захоронения токсичных отходов (например, хвостохранилища горно-обогатительных комбинатов), где прорыв дамбы может привести к загрязнению рек на сотни километров.

Оборона и безопасность

В военной сфере категория «чрезвычайно высокий риск» применяется при планировании операций, где возможны массовые потери личного состава или применение оружия массового поражения. Например, риск ядерной войны между государствами, обладающими ядерным оружием, оценивается как чрезвычайно высокий в условиях кризиса (Кубинский ракетный кризис 1962 года). В России эта категория используется в методиках оценки рисков террористических актов (например, для объектов критической инфраструктуры — атомные станции, плотины, химические заводы).

Методы оценки

Для отнесения к категории «чрезвычайно высокий риск» используются как количественные, так и качественные методы. Количественные методы включают:

• Вероятностный анализ безопасности (Probabilistic Safety Assessment, PSA) — применяется в атомной энергетике для оценки частоты тяжелых аварий (например, более 10⁻⁴ на реакторо-год).
• Анализ «дерева отказов» и «дерева событий» — для выявления цепочек событий, ведущих к катастрофе.
• Метод Монте-Карло — для моделирования распределения вероятностей ущерба.

Качественные методы основаны на экспертных оценках и матрицах риска, где по осям откладываются вероятность и тяжесть последствий. Ячейка, соответствующая максимальным значениям по обеим осям, и обозначает «чрезвычайно высокий риск».

Управление чрезвычайно высоким риском

Объекты и процессы, отнесенные к категории «чрезвычайно высокий риск», требуют применения особых мер управления, направленных на снижение вероятности реализации риска или минимизацию последствий. Основные подходы:

• Избегание риска — полный отказ от деятельности (например, запрет на строительство химического завода вблизи жилых кварталов).
• Снижение риска — внедрение многоуровневых систем защиты, резервирование, автоматическое отключение, использование пассивных систем безопасности (например, защитная оболочка реактора на АЭС).
• Передача риска — страхование (обязательное страхование гражданской ответственности владельцев ОПО), аутсорсинг опасных операций.
• Принятие риска — допускается только в исключительных случаях, когда альтернативы отсутствуют, и при наличии планов ликвидации последствий (например, космические запуски).

В Российской Федерации для объектов чрезвычайно высокого риска разрабатываются планы локализации и ликвидации аварий (ПЛА), а также проводятся регулярные учения с участием МЧС.

Критика и ограничения

Понятие «чрезвычайно высокий риск» подвергается критике по нескольким причинам. Во-первых, субъективность оценки: разные эксперты могут по-разному интерпретировать границы вероятности и тяжести последствий. Во-вторых, сложность учета редких, но катастрофических событий (так называемых «черных лебедей»), которые не вписываются в стандартные модели. В-третьих, в ряде отраслей (например, в финансах) категория может использоваться для манипуляции ценами или рейтингами, что приводит к необоснованной панике или, наоборот, к недооценке риска.

В России также отмечается, что нормативная база для отнесения к категории «чрезвычайно высокий риск» не всегда синхронизирована между ведомствами (Ростехнадзор, МЧС, Роспотребнадзор), что создает правовые коллизии. Например, один и тот же объект может быть отнесен к разным классам опасности в зависимости от методики.

Примеры

• Авария на Чернобыльской АЭС (1986) — классический пример реализации чрезвычайно высокого риска: вероятность тяжелой аварии на реакторе РБМК-1000 оценивалась как 10⁻⁴–10⁻⁵ в год, последствия — радиоактивное загрязнение Европы, эвакуация сотен тысяч человек, десятки погибших.
• Авария на Саяно-Шушенской ГЭС (2009) — разрушение гидроагрегата привело к гибели 75 человек и остановке станции. Риск подобной аварии ранее оценивался как низкий, но после катастрофы был пересмотрен до чрезвычайно высокого.
• Пандемия COVID-19 (2020–2023) — Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) классифицировала риск глобального распространения как «очень высокий» (эквивалент чрезвычайно высокого) в марте 2020 года, что привело к введению карантинных мер по всему миру.
• Кредитный дефолт России (1998) — дефолт по государственным облигациям (ГКО) был оценен как событие с чрезвычайно высоким риском для инвесторов, что привело к обвалу рубля и банковскому кризису.

Источники

• Федеральный закон № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (с изменениями).
• ГОСТ Р 58771-2019 «Менеджмент риска. Технологии оценки риска».
• Методические рекомендации по оценке рисков в области промышленной безопасности (Ростехнадзор, 2020).
• ISO 31000:2018 «Risk management — Guidelines».
• МАГАТЭ, «Safety of Nuclear Power Plants: Design», SSR-2/1 (Rev.1), 2016.
• Канеман Д., Словик П., Тверски А. «Принятие решений в неопределенности: правила и предубеждения». — М.: Гуманитарный центр, 2005.
• Тэлб Н. «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости». — М.: КоЛибри, 2012.